Зеркальные миры. Хранители Эрохо

Конечно, внешне герцог выглядит намного моложе прожитых аньо, но он вполне мог бы быть вашим отцом.

Амари вздрогнул. Упаси погибший Создатель от подобного родственничка! Тем более близкого…

— Мой отец — Алонцо Первый Рейес! И я не понимаю, зачем Керво это?

— Герцог превосходный игрок; не помню, чтобы он проигрывал. Вы же, Амари, неосторожно бросили ему вызов, — ответил Бастиан и тяжело вздохнул. — Веласко не терпит, когда ему противоречат. Особенное удовольствие он получает, унижая и ломая тех, кто пытается спорить с ним или ставит под сомнение справедливость принимаемых им решений.

«Нет! Этого не будет!» — Амари скрипнул зубами. Он Рейес, и этим все сказано! При необходимости он захватит Нозарок, как некогда его предок завоевал Рей. Керво же может убираться хоть за сто морей, хоть падать моревийцам в ноги!

— Извините, — Бастиан вновь тяжело вздохнул. — Я вовсе не хотел вас пугать. Вы спасли мою дочь, считайте мои слова предостережением от возможных напастей. Воистину, герцог Керво холоден и жесток, однако никогда не станет мстить безвинному.

Амари отпил из своего бокала. Вино было неплохим, но не шло ни в какое сравнение с тем, что пили в особняке Керво.

— Боюсь, вы опоздали с советом. Я нарушил планы герцога, когда вмешался в казнь, а после имел с ним неприятный разговор. Мы уже враги, и этого не исправить.

— Вы спасли жизни несчастных... — вздохнула Инари и поднесла руки к груди, в ее глазах застыли тревога и искреннее участие.

— Перетерпите, — Бастиан говорил очень серьезно. Светлые, почти бесцветные глаза барона смотрели в упор, не мигая, и Амари почувствовал, что не может отвести взгляд или даже моргнуть. — Вы только приехали и не знали, с кем имеете дело. Керво это понимает. Главное теперь — не противиться его воле.

Амари побледнел.

— Но я же дворянин! Принц крови!..

— Герцог, конечно же, станет вас испытывать, говорить предосудительные, даже оскорбительные вещи. Терпите. Вы молоды, ваше время еще придет, а Керво уже через несколько аньо пойдет под гору.

Амари медленно опустил руки под столешницу и стиснул кулаки. Бастиан был отцом Инари, и только это не позволяло наговорить ему лишнего, но он предлагал путь, недостойный дворянина и тем более принца.