Калейдоскоп

Если вы когда-нибудь попробуете очаровать девушку с помощью гаджета, то имейте в виду — девушка будет очарована гаджетом, а вы будете лишь приложением.

Я очень любил свое творение, более того, я не видел в нем никаких изъянов, считая его совершенным. А Люся продолжала твердить, что чего-то не хватает. И что она именно поэтому столько времени с ним проводит — чтобы разобраться. Следует отдать ей должное — она прекрасно понимала, что со мной происходит, и поэтому старалась уделять время и для меня, но калейдоскоп её манил как наркотик.

И разобралась она очень быстро. Не прошло и недели, как однажды утром Люся пришла ко мне, и вместо обычного «Привет», я услышал:

—Знаешь, Яша, кажется я поняла, что мне не нравится и как это можно исправить.

—Так может чайку? — улыбнулся я в ответ.

Она подарила мне свою самую прекрасную улыбку:

—Почему бы и нет.

За чаем Люся объяснила, что вся проблема, по её мнению, состоит в следующем: после того как «Гармония» спроектирует на экран новую картинку, тот начинает её «размазывать».

—Ты говорил, что нанокристаллы обладают собственной памятью, а значит в них можно загрузить простенькую программку — упрощенную копию «Гармонии», — Люсясильно волновалась, а потому говорила очень быстро. — Ведь отдельному кристаллу не нужно видеть всей картины в целом, его задача — быть гармоничным в той части экрана, в которой он находится в настоящий момент времени.

—Но кристаллы не способны видеть!

Я был в недоумении, но Люся, по-видимому, уже всё обдумала и потому уверенно продолжила:

—А им и не нужно. Они ведь находятся в сети, а значит следует просто научить их обмениваться информацией. Допустим, каждый кристалл способен держать в памяти информацию о сотне других, окружающих его в настоящий момент времени. И, обработав эту информацию, он сам решает каким цветом ему светиться, в соответствии со своей внутренней «гармонией».

—Ты предлагаешь превратить нанокристаллы в компьютеры?!

Мне это показалось настолько забавным, что я даже позволил себе лёгкую снисходительную усмешку. Но Люся продолжала смотреть на меня очень серьёзно, и тогда ко мне пришло понимание моей главной ошибки: я всегда воспринимал нанокристалы, как «фонарики», которые умеют лишь светиться нужным мне светом.