Сумасшедшие каникулы Гермионы

На её лице было простое безразличие. Неожиданно мимо неё пронёсся кто-то высокий, Гермионе пришлось увернуться и, чтобы не натолкнуться на толпу, она снова поменяла траекторию движения. Но всё-таки споткнулась о чей-то ботинок и потеряла равновесие.

– О, какая встреча! – послышался знакомый голос, манерно растягивающий гласные. Руки Малфоя придерживали Гермиону от окончательного падения, – если ты хотела целовать мои ботинки, то это не обязательно! – перекрикивал он шум музыки, легко смеясь.

Гермиона поспешно отпрянула от него, поправила волосы, убрав одну прядь за ухо.

Драко цокнул языком. Потом он удостоил взглядом Рона:

– Этот вечер обещает быть весёлым, не так ли, Уизли? – крикнул он с довольным прищуром, по-свойски приблизившись к Гермионе.

Рон с силой сунул кулаки в карманы, оттопыривая их, затем выпалил:

– Она не твоя!.. Малфой!.. – он посмотрел на Гермиону каким-то отчаянным взглядом.

– Ты меня присваиваешь? – последовала претензия от Гермионы. Она упёрла руку в бок.

Рон насупился. 

Драко смотрел то на одного, то на другого, наклонив голову.

– Ты первый... начал, – обратился Рон к Драко, раздувая ноздри, – давай!..– он всплеснул руками, чуть не задев кого-то в толпе. Его лицо снова раскраснелось, похоже, и от эмоций, и от алкоголя.

– Что тебе давать, Уизли? – насмешливо спросил Драко.

– Давай разберемся чья она! – упрямо икнул Рон.

– Предлагаю тебя вовсе исключить из претендентов... Остаюсь я, –самодовольно заключил Драко.

– Предлагаю... чтобы выбрала... Гермиона!.. – угрюмо выговорил Рон, сминая слова.

– Решил благородно сыграть в рыцарей, Уизли? – тут же бросил Драко.

– А, ты хочешь сыграть, хорёк?.. Я готов! Предлагай игру! Но если я выиграю, то ты уже отстанешь от неё! – угрожающе процедил Рон, пошатываясь.

Повисло молчание. Гермиона выглядела растерянной. Она устало выдохнула, прикрывая на секунду глаза. 

Драко продолжил, одним уверенным шагом сократив расстояние до Рона:

– Тебе следует усвоить, Уизли... – он озлобленно пыхтел ему в лицо, скрежеща зубами. Потом Драко обернулся на Гермиону, соображая что-то и набрасывая на лицо лёгкую ухмылку, – что она девушка, а не вещь.