Terra Incognita

Из беспомощной болтовни выходило, что шальная гостья – моя соседка. Решила принять душ, сняла линзы, да сослепу перепутала двери, а замок захлопывается изнутри. Тут она перестала прикрываться и заревела, захныкала, размазывая по лицу слезы вместе с остатками косметики.

Старательно глядя в лицо пострадавшей, я передал ей простыню и вызвал ночного дежурного. Пришел паренек лет восемнадцати, выслушал мои объяснения, ухмыльнулся и некоторое время рассматривал женщину понимающим взглядом. Хмыкнул, но сходил за запасным ключом.

Процедура идентификации заняла минут десять. Я пожелал всем спокойной ночи и снова улегся в постель. Жизнь продолжалась. Уснуть удалось не сразу. Я долго ворочался. Считал слонов. Потом баранов. Слушал цикад. Разглядывал созвездия за окном. Последней мыслью было, что все это очень уж походит на какую-то разводку. 

Во сне женщина снова пришла ко мне. Она была очень красива, соблазнительна и улыбалась загадочно. Я протянул руку и коснулся ее груди.

Во сне грудь была такой же упругой с темным, крупным, четко очерченным соском... 

Просыпаться не хотелось, но пришлось. В дверь постучали. Появилась горничная со свежей простыней и известием о том, что соседка из номера напротив срочно съехала сегодня утром и просила ее извинить.

Я не удивился. Не всякая женщина сочтет нужным продолжать знакомство, когда уже первое свидание началось для нее нервически и голышом. Посмотрел на часы. Одиннадцать. «Заспался, однако», – улыбнулся я и вспомнил, что повод, приведший меня сюда, к улыбкам не располагает.

 

Открыл окно. На стоянке напротив хлопали дверцы машин. Гудели моторы. Я прислушивался к ним, пока они не растворились в общем шуме уличного движения. Потом с опустевшей стоянки стали доносится голоса детворы. Похоже, играли в мяч. Мне были отчетливо слышны каждый возглас, каждое имя, каждое слово из перебранки. Что-то неуловимо знакомое проникало с ними в мою комнату.

–    Должно быть – говор, – решил я упростить ситуацию. Собрался и вышел на улицу. Двинулся к ближайшей автобусной остановке. Там на скамейке в тени навеса три немолодые женщины в ярких платьях задумчиво выплевывали подсолнечную шелуху на окрестный асфальт.

Я приблизился. Спросил, есть ли подходящий автобус. Они посмотрели пристально и, подумав, сообщили, что – да – есть, но только через час. Тогда я поинтересовался про кладбище.