Terra Incognita

– Летел, орал, а ужа сграбастал – только видели! Покажь!    Да, забирай уже! – разрешил я, не соображая, куда теперь деть эту большую черную змеюку с двумя рыжими пятнами у основания головы.   Во – класс! – обрадовался Димон. – У меня дома аквариум пустует. Я засмеялся, сам не зная – чему. И мы решили, что поход оказался удачным. 

Ужа поместили в большой стеклянный ящик и кормили его лягушатами из ближайшей канавы. Через неделю я уговорил Димона пристроить туда же и спрятанный в подвале череп – для красоты.

–   Послушай, – спросил назавтра Димон, потирая саднившие ягодицы. – Кощунство –когда до экзекуции или после?

Я огляделся по сторонам. В ту пору зацвели вишни, и сады стали походить на присевшие отдохнуть облака. Ничего кроме них в округе не наблюдалось.

–     Ты это о чем? – задал я резонный вопрос.

–     Да так  – в плане возмездия…

Глава 4

Я вошел в Димкину комнату, пытаясь угадать знакомые вещи. Огляделся: кровать, стул, стол, компьютер. На столе Димкины безделушки. Вечность, рассыпанная в вещах. Все прибрано. Расставлено по местам.

Не он. Софья Степановна прибиралась.

Книжные полки. Наше с ним детское фото – два пострела в коротких штанишках на фоне степи. Зеркало на стене прикрыто занавеской. Напротив плакат – глаза усталого человека.

–   Рукописи под кроватью, – сказала Димкина мать у меня за спиной. – Возьми сам. Я все еще боюсь заходить сюда. Урывками. Читай. А я пойду.

Я влез под кровать и поставил коробку на стол. 

«Отчего, – задал себе вопрос, – он исписал столько бумаги, когда на компе гораздо удобней? Ладно. Разберемся». Распаковал содержимое. Подумал, что ручка графомана – продолжение его члена и сам поразился пакостности этих мыслей. Вытащил несколько толстых тетрадей, исписанных аккуратным бисерным почерком.

«Акты воли всегда имеют причину вне себя, – в мотивах. Но последние определяют только то, чего я хочу в это время, на этом месте, при этих обстоятельствах, а не то, что я вообще хочу, т.е. они не определяют принципа, характеризующего все мое хотение. Поэтому хотение не может быть объяснено из мотивов: они определяют только его проявление в данный момент времени, он только повод – по которому обнаруживается моя воля.