Terra Incognita

С другой стороны, если представить картину детства без Карбофоса, дворовых потасовок, походов к морю на ловлю морских коньков…Так вот – это он. С похорон из запоя выйти не может.Расчувствовался?Она кивнула. Отошла к плите. На столе оказалась миска с варениками и стакан молока и графин сливянки. Хозяйка села на табуретку напротив и некоторое время, молча, меня разглядывала. Дотянулась до мойки, сняла с нее две граненые рюмки на коротких ножках. Наполнила их.

   –Помянем…

  Мы выпили, не чокаясь, и я принялся за еду.

Расскажите, – попросил, опустошив тарелку.Да что рассказывать! – откликнулась она. Встала, одернув прилипшее к ягодицам платье, и выглянула во двор. –  Душно. К грозе.Я жевал, не зная, о чем бы еще спросить. Пауза затягивалась.

–       Мне бы хотелось, чтобы ты немного пожил у нас, – хозяйка отодвинулась от окна. – Теперь и не знаю, удобно ли это. Непросто быть в комнате, откуда недавно ушел человек.

Она старательно избегала слово «умер». И я не решился изменять это правило.

Он ни разу мне не звонил, – сказал вместо этого.Да, – подтвердила мать. – Не хотел, чтоб его жалели.А сам?Боролся. Я заметила в нем тени тоски только за месяц до развязки. Потом был последний день, – она повернула ко мне лицо. Губы дрожали. – Это было целый большой день. Душа его уходила с криком. Да что это так? Но ты, наверно, хотел знать.Хотел… – отозвался я. Осушил стакан молока. Поднялся. – Спасибо.«Да, смерть, – решил я, – заставляет людей говорить друг другу добрые слова, какие в другое время и не подумали бы сказать».

Пойдем,  –  предложила Софья Степановна, и мы направились через коридор к Димкиной комнате.

Глава 3

–   Он ни разу мне не звонил, –  сказал я и был в этом уверен. Впрочем, вру. Один звонок все-таки был. Год назад. В ночь с субботы на воскресенье. Помнится, я подскочил с кровати и долго не мог найти телефон. Рядом нервно фыркнула и завозилась жена. Впотьмах я больно стукнулся о ножку кресла. Обозлился.

–    Какого черта! – проорал в трубку.

–     Привет, брателло! Узнал?

–      Конечно! – раздраженно бросил я. – Только ты и способен на эту гадость.

–      Гадость? – удивился голос. Я так и не смог припомнить, кому он принадлежал.

–     Рядовой обыватель в это время обычно спит.

–     А, ты об этом? Я-то думал, что ты – комсостав. Ладно.