Фея особого назначения

Наелся этого досыта.

– Что ты будешь делать с фамильяром?

– Ничего. Как проснется, отчитаю, конечно, но санкций вводить не буду. Здесь нельзя действовать кнутом. Лика все это сделала ради меня. А что будешь делать ты?

– С твоим фамильяром? 

– С Алисой. Она же фея. И не делай вид, что ты этого не знаешь. Прочитав тысячу и один способ, как из различных частей тела представительниц крылатого народа приготовить зелья для потенции, зрения, как у сокола, или нюха, как у охотничьего пса, я с уверенностью могу сказать, что ты явился в подвал далеко не за этим.

– С момента нашего с ней показательного выяснения отношений. Алиса тогда была неопытной, и магию контролировала … плоховато. Ужалила легонько силой, малой капелькой, но мне хватило, чтобы распознать, кто выступил против меня. С того момента я начал за ней присматривать, наблюдать, заниматься сталкерством, но в легкой форме, не переступая черту. И как-то само собой пришло осознание, что мое израненное сердце оклемалось, подлечилось и приняло решение, что пора вновь строить свое собственное и ни на чье не похожее счастье.

– И в планах у тебя тихая семейная жизнь? Тебя не смущает, что мы, мягко говоря, с феями не ладим?

– Мы, ведьмаки, и друг с другом не ладим, однако сидим на кухне, пьем кофе и занимаемся исконно мужским делом: изливаем друг другу душу и обсуждаем женщин. 

– Не… это другое. Мы же начали дружить еще до того, как выяснилось, что мы с тобой ведьмаки.

– Аргумент на троечку, но принимается за неимением другого, – Бельский подошел к мойке и под горячим напором воды вымыл кружку до кристальной чистоты.

– Разумеется. Помощь нужна?

– Нет. Справлюсь сам.

*

Одной закрытой дверью Даня не ограничился. Бельский проверил комнату на предмет подслушивающих и подглядывающих плетений, и ничего не обнаружил, что не сильно его успокоило. Возможно, что он плохо искал!

Повторив процедуру еще три раза, Бельский пришел к выводу, что у него развивается паранойя и пора перестать искать подводные камни там, где их нет.

И теперь Бельский стоял перед пребывающей в бессознательном состоянии девушкой и постепенно собирался с духом, чтобы приступить к задуманному.