Ректор и 13-я студентка Глазовской Академии магии. Книга вторая

Иссохшее бледное тело смотрелось на белых простынях чудовищно. Тоненькие ручки лежали вдоль тела, на лице сильно выдается нос и скулы, глаза, наоборот, впали, они очерчены серыми тенями. Губы синюшные, потрескались. Кожа на лице и теле тоже шелушится. Густые каштановые волосы с медным отливом убраны на подушку – она не любила лежать лицом на своих волосах. Хотя почему не любила? Не любит. 

Кажется, Рихтер уже позабыл, когда эти губы улыбались, или лицо хмурилось, или глаза выражали решимость. Ее прекрасные серо-зеленые глаза походили на звезды.

Просканировал состояние Миры – очень слабое свечение, розовое с золотыми переливами. Все указывало, что тело живо, но ее в нем нет. Тело держали под куполом, подпитанным артефактами и насыщающим органы и ткани, но прогресса все не было. 

Монах сидел в кресле рядом с девушкой, закинул голову на подголовник и рассматривал звезды под куполом. Поскольку смотритель не мог так просто попасть в обсерваторию, то сейчас наслаждался красивыми видами космоса.

- Ты знаешь, что твоя Мира Змееносец? – смотритель указал на бородатого мужчину под куполом обсерватории со змей в руках, который пытался удержаться на поясе Зодиака, подпихивая то Скорпиона, то Стрельца. 

- Да, - о девушке он узнал все, что только мог. 

Сел в другое кресло, осторожно взял сухую прохладную ладошку, от этого свои руки показались слишком горячими, и поцеловал.

 - Считается, что у Змееносцев своя миссия на земле, они просто так не приходят сюда. А если ее миссией было спасти нас? – продолжал Монах. 

Андрей приложил ладошку Миры к своей щеке и закрыл глаза, так хотелось, чтобы она провела внимательными пальчиками по его коже, притянула его к себе. 

- Даже если это ее миссия, нет гарантии, что она поправится, - отрезал Андрей, а мысль больно резанула по сердцу. 

Не хотелось верить, что она навсегда останется такой.

- Я хотел попросить Проводника звезд о помощи, но он давно не появлялся здесь. Душа звезды всегда тянется в космос, ошибочно считать, что ее можно привязать к месту надолго, - продолжил Рихтер. – В прошлый раз его не было больше двух месяцев. Потом вернулся, как ни в чем не бывало. Думаю, сейчас похожий случай. 

Замолчали.