Дикий вьюнок

Подумайте, надо ли оно вам?

Пан Витольд замолчал, переведя взгляд на окно. Видимо, чтобы не смущать, если я действительно надумаю встать и уйти. Неужто и ему ни чуждо человеческое? Дал мне время подумать… Как мило с его стороны. Будто я не занималась этим всю ночь у постели Яноша. Конечно, память сотрется… Наверняка. И даже свое предательство человек способен забыть или переделать в настоящий подвиг. Но дело не в памяти... и не в том, что мне придется мириться с мыслями, что я могла спасти его и не спасла.

Нет… просто где-то глубоко внутри я была совершено точно уверена, что не смогу жить, если Янош умрет. Просто не смогу и все.

- Я подумала, пан Витольд. Я хочу, чтобы он жил.

Посол искривил губы и с сожалением покачал головой.

- Глупо, Ула... Очень глупо.

А потом выражение его лица сменилось привычной спокойной маской и наверное, это и было моментом, когда я оступилась и полетела в пропасть.

- Но будь по-вашему. Сразу же после нашего разговора я распоряжусь, чтобы в дом вашего жениха направили моего личного врача.

Он объяснит лечение проводимыми в лабораториях опытами по обезвреживанию ловушек и их последствий, которые как раз нуждаются в практике. Клетку откроют. А вы немедленно поселитесь в гостевом здании при посольстве и считайте, что с этого момента Улана Доджес перестала существовать. С мастером Армедом я поговорю лично, остальные знакомые будут считать вас пропавшей без вести до самого суда.

- Суда?

- Да, Ула, суда. Теперь к делу. Опишу вкратце, что от вас потребуется сделать взамен.

Вы знаете о недавно заключенном мирном договоре между нашими странами?

- Я знаю только о его существовании.

Посол нетерпеливо кивнул.

- Один из пунктов соглашения гласит, что стороны обязаны обменяться внутренними агентами. Наши люди в королевстве на ваших людей в шайнарских землях. Следовательно, наше посольство должно выдать правосудию нескольких самых перспективных шайнарских лазутчиков.

- И в чем моя роль?

Пан Витольд улыбнулся одними губами.

- Вы замените собой одну из шайнарских куртизанок, примите на себя ее вину и ответите за ее действия перед вашим законом.

Я кивнула, хотя признаться с трудом понимала, о чем речь и чего от меня ждут. Запоздалая усталость навалилась сразу всем весом и бороться с гулом в голове и не осталось ни сил, ни желания. Я это сделала! Я его спасла. Разве есть вещи важнее?

- Мне грозит смертная казнь?

Посол на миг удивился. Очень ненатурально.

- Ну что вы, панна Ула.