Любовь с первого взгляда

 То, что я услышала, настолько противоречило всем высоким принципам гуманизма, о которых мы говорили до этого, что просто не укладывалось в сознании. Я долго озадаченно молчала, но, наконец, смогла спросить:

 – Но зачем уничтожать?

 – Существа, настолько на нас не похожие не могут не нести угрозу. Не забивай свою очаровательную головку, дорогая! Тебе этого не понять, – Джон снисходительно улыбнулся, поцеловал меня в лоб

– Но и на Земле формы жизни очень различны, – беспомощно пролепетала я. Он был прав: я этого понять не могла.

Но во всех остальных вопросах мы почти всегда были единодушны. Поэтому, когда он заговорил о браке, это не удивило. Он ещё сомневался! На мой вопрос о причинах, он смущенно пояснил, что я, с моей безупречной фигурой и лицом, могу найти куда более интересного мужчину. Я опять умилилась, и пылко возразила:

– Ты прекрасен!

Пришлось предупредить, что у меня есть дочь, которая всегда останется для меня самым дорогим существом. Джон захотел с ней познакомиться, и я обеспокоенно предупредила его, что девочка сложная: подростки везде одинаковы.

 Мы с Джоном пришли ко мне домой. Я нервно сжимала в руках сумочку. Казалось, мои пальцы сегодня особенно тонки и неприятны.

– Моя дочь Элина.

Он переводил потрясённый взгляд с меня на неё:

– Я не ожидал, что... у блондинки с чудными фиалковыми глазами, дочка похожа на Наоми Кэмпбел.

Тут он сбился и начал неловко извиняться. Я растерялась:

– Ты же говорил, что тебе нравится Кэмпбел?

Джон беспомощно пытался подобрать слова. 

– Ма, да он сам не знает, чего хочет! – ехидно сказала Эиайа и, к моему ужасу плавно трансформировалась в невысокую бледную толстушку с бесцветными глазами и коротким ёжиком волос. – Так лучше?

Джон вдруг выхватил пистолет. Я и не знала, что у него с собой оружие! Что же он делает? Я ведь говорила, что у меня нет никого дороже дочери! В панике даже не сообразила, что сумочку можно отбросить.

Я с ужасом смотрела на короткое тело, распростёртое на полу. Рубашка выбилась из брюк, открывая большой круглый живот, толстые короткие пальцы беспомощно разжались и выглядели вялыми и бессильными. Блик лампы отсвечивал от идеальной безволосой головы.