Рожденная царствовать (книга 1, "Крушение идеалов")

Именно поэтому он решил меня унизить? Причем не в первый раз! Господин Мелет, вы же лучше всех знаете, как развивались события. Это происходило у вас на глазах. Когда вы постучали в мою дверь, Элим был на грани жизни и смерти. Я помогла ему. Себе на беду... А он в благодарность хотел меня соблазнить, не предложив брака. Тогда я сама предложила ему брак, но он отказался. Я думала, он не хотел чувствовать себя нахлебником. А он, оказывается, просто решил поразвлечься... 

Мелет снова попытался выгородить питомца: 

- Он не мог жениться без отцовского разрешения.

Регина прищурилась: 

- Одно дело – не мог, другое дело – не хотел. Отца-тирана больше нет, Элим теперь сам себе хозяин. Но это ничего не изменило. Сам сказал мне сегодня, что пока не готов к женитьбе. 

Наставник нахмурился: 

- С чего бы ему говорить такое... Когда это было? И где? 

- За шатром. Когда он мне повторно предложил стать его любовницей.

Мелет снова охнул: 

- Я не знал! Я и подумать не мог... Наблюдал за вами обоими со стороны – и не мог понять, что происходит. Элим выглядел довольным, а вы были расстроены. Бледная, растерянная... Потом вы, не дождавшись оммажа, вдруг побежали к ограде. Тогда-то я и решил с вами поговорить. Понимал, что вас что-то расстроило. Но даже подумать не мог,что Элим способен так оскорбить невинную девушку, в которую влюблён.

Неожиданно для себя Регина расхохоталась сухим, злым смехом: 

- Господин учитель, вы переоцениваете своего ученика. Элим влюблён исключительно в себя. Я могу понять его желание наверстать побыстрее всё то, чего он так долго был лишён: сытая, спокойная жизнь, возможность самостоятельно выстраивать свою судьбу, а главное – власть над вассалами. Но наносить мне оскорбление, делать непристойное предложение, к тому же повторно, – вот этого понять не могу.

Мелет пожал плечами: 

- Обстоятельства не располагали. К тому же он никогда и никому не открывал своего настоящего имени: сначала было стыдно и больно, а потом это стало просто опасно – много бы желающих нашлось его убить, лишить герцогство единственного наследника, чтобы потом побороться за этот титул.