Лунная греза Повелителя ночи

С каждой секундой поцелуй становился все более настойчивым. Жунь Юй терял всякий контроль над собой, чувствуя, как горячие руки Мон Юэ ласкают его спину, как обнаженное тело льнет к нему. Драконий хвост соскользнул с подоконника и стал медленно обвиваться вокруг Мон Юэ, чтобы она оказалась еще ближе.

- Мне очень не хочется, но я должен сказать. Я здесь! – голос дядюшки Дан Чжу донесся из угла, где стоял чайный столик. Хвост Жунь Юя тут же растворился в воздухе, словно его никогда и не было. 

- Дядюшка! – воскликнул Повелитель Ночей, и Мон Юэ в его объятьях рассмеялась.

- Дядюшка, вы тот еще извращенец, - не прекращая смеяться, сказала Мон Юэ. Бессмертную на несколько секунд окутало облако, а когда оно развеялось, то Сочинительница Снов была уже одета в свое обычное синее платье. 

- Просто вы интереснее любовных романов, но у меня есть совесть. Если бы не было, я бы досмотрел до конца. 

Озорно сверкнув глазами, Дан Чжу взглянул на Жунь Юя, который не торопился выбираться из кровати, хотя отпустил Мон Юэ.

- Племянник, я думал, у тебя высокие моральные устои. А ты изменяешь своей невесте, – Дан Чжу не смог удержаться от шутки. 

- Невесте, которой еще даже нет в планах ее родителей? – ядовито улыбнувшись, поинтересовался Жунь Юй. – Я рядом с любимой женщиной, и ни одна другая никогда не коснется меня. Где же ты увидел рухнувшие моральные устои, дядюшка? – Дан Чжу нечего было на это ответить.

Лунный дух знал, что даже если Жунь Юя и вынудят жениться на ком-то другом, то эту несчастную будет ждать унылая монашеская жизнь. Повелитель Ночей был предан Сочинительнице Снов. 

- Сколько еще вы будете скрывать ваш пылкий роман? Уже которую сотню лет чувства лишь разгораются, а свидетели пожара, только я, Юаньцзы да бедняжка Сюй Фэн. 

- Почему же он бедняжка, дядя? – поинтересовалась Мон Юэ и взяла одно печенье себе, а еще одно бросила Жунь Юю, и он ловко его поймал.

- Представляешь, как ему завидно? Перед ним такой роман разворачивается, а его сердце все еще не познало любви. Одни битвы, битвы, битвы. Бедный мой племянник.

- Мне кажется, он даже рад, что ему приходится воевать не на любовном фронте, - откусив кусочек печенья, сказал Жунь Юй. На нем появилась одежда, кровать волшебным образом оказалась заправлена, но Повелитель Ночей так и продолжил лежать на ней.