Лунная греза Повелителя ночи

– Если хочешь, чтобы в твоей жизни было как можно меньше проблем, не связывайся с Повелителем Ночей. Держись от него подальше. Не проявляй доброты, заботы, дружбы, любви… Он должен оставаться слабым и беспомощным, чтобы мой сын в будущем стал Императором. Если справишься с этим простым заданием, я подумаю о том, чтобы снять печать и позволить тебе покидать дворец Небесных Сфер. 

- Но ведь там появятся слуги, он будет общаться с ним. А когда возникает общение, появляется и тепло в душе. Оно исцелит его. 

- Там не появятся слуги, готовые стать Повелителю Ночей опорой.

Если вообще появятся. Я сделаю для этого все. Но это та тайна, которую тебе придется взвалить на свои плечи. Поклянись, что никому не расскажешь!

- Клянусь памятью моего отца, - с готовностью поклялась Мон Юэ.

- То есть, мы договорились? 

- Вы попросили меня просто вести себя, как обычно. Для Повелителя Ночей я всего лишь греза, которую он не может запомнить. Даже если я буду вечно рядом с ним, это никак не повлияет на него.

А делать добро тайком… какой смысл? Выгоды-то никакой. И дел у меня много. 

- Я думала, ты будешь проблемой, но, кажется, ошиблась. Оставляю тебя, Сочинительница Снов.

- Всего доброго Вашему Величеству и ее будущему сыну. 

Императрица пропала с поверхности волшебного зеркала, и Мон Юэ, наконец, позволила себе снять с лица улыбку. Бессмертная дева откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. Больше всего на свете он не любила притворяться и лгать. И, если лгать в этот раз ей не пришлось, то притворства хватило сполна.

Глубоко в душе Мон Юэ хотелось обложить Императрицу Ту Яо словами, которые Фэн Ю не разрешал использовать. 

Дверь покоев открылась, и Дан Чжу вошел внутрь. Выглядел Лунный дух так расстроенно и озадаченно, что сразу стало понятно – он слышал каждое слово Императрицы и Мон Юэ, но в отличие от Сочинительницы Снов не давал клятву никому не рассказывать о кознях сиятельной особы. 

- Ты это серьезно? – спросил Дан Чжу, плюхнувшись на кровать.

– Ты правда пойдешь на сделку с этой… курицей? 

- Я обещала ей вести себя, как обычно. А обычно я забочусь о Рыбешке. Я назвала это занятие бессмысленным и лишенным выгоды. Но это ведь действительно так. Но кто сказал, что я не люблю делать бессмысленные вещи, от которых польза только в моральном удовлетворении? – Мон Юэ улыбнулась Дан Чжу, и он, наконец, расслабился. – Я хочу думать, что у меня добрая душа.  Сон Рыбешки… он все еще во мне.