Лунная греза Повелителя ночи

Ту Яо знала, что заглянуть в память мужа – играть максимально грязно, но он не оставил ей выбора. 

Императрица пробралась во дворец Небесных Сфер под покровом ночи, словно воришка. Тут было пустынно и невероятно тихо, лишь шум водопада Грез напоминал, что тут осталась хоть какая-то жизнь. 

Ту Яо вошла в главную залу и осмотрелась. Никаких дверей, лишь одинокий письменный стол. Она знала, что попасть в Хранилище Снов можно было отсюда, но как это сделать, не представляла. Однако желание узнать все тайны мужа оказалось сильнее здравого смысла, и Ту Яо, выйдя наружу, обернулась фениксом, не заботясь о том, что ее могут заметить.

 

Огненная птица долетела до водопада Грез. Его поток служил стеной Хранилищу Снов, потому феникс пролетел внутрь сквозь воду. Ту Яо со всем ее могуществом едва хватило сил, чтобы сделать это. Уже в человеческом облике она упала на каменный пол. Ее одежды были насквозь мокрыми и перепачканными в разноцветных кляксах сновидений. В ушах звенело множество голосов. Они должны были попасть в Небесный океан, чьи воды разносили сновидения.

 

Переведя дух, Ту Яо все же встала и нашла заветную нишу, где хранились пластины с воспоминаниями бессмертных. Тонкая хрустальная пластинка ее мужа стояла самая первая. Небожительница осторожно взяла ее в руки: сейчас Тай Вэй сидел в тронном зале над каким-то документом. Собрав все силы, Ту Яо повлияла на пластинку, заставив воспоминания Тай Вэя повернуться вспять, и ей открылась история о бедной смертной девушке, одураченной верховным небожителем.

Ярости Императрицы не было предела. Она хотела было разбить пластинку воспоминаний, но осторожно поставила ее на место. Действовать нужно было продуманно. Никто не должен был узнать, что Императрица пробралась в Хранилище Снов.  

***

Когда тайна рождения Мон Юэ была раскрыта, девушке уже минула третья тысяча лет. Она и Фэн Ю мирно жили на окраине Небесного царства в ладном домике из белого камня, перед которым цвели лунно-белые розы. Повелитель Воздушных Драконов все так же ужасно готовил цветочные печеньки, которые к его великому удивлению, очень любила дочь.

Но он был все так же хорош в актерской игре, потому раз в семь дней в деревне для опальных небожителей устраивались театральные представления. Мон Юэ писала истории, в которых они с отцом, а иногда и его друзья, исполняли роли. Даже Сан Ши пару раз удалось уговорить выступить на сцене. 

Жизнь текла своим чередом. Мон Юэ стала немного лучше понимать, что такое время.