Королевская игла

У тебя иная мечта, но этот проклятый долг мучит тебя, — искушал Скальд. — Что если… все, чему тебя учили почтенные дамы — ложь, и никому в этой жизни ты ничего не должна? Даже если твоя сестра выйдет за принца, родит ему пару-тройку наследников и умрет во время последних родов, что с того? Твоей вины в этом нет. Будь она посмелее, то либо сбежала бы со своим любовником, хотя бы попыталась, либо в знак свободы выбросилась бы из окна вместе с никудышным шитьем.

Оталия сидела подле него, чувствуя, как ее начинает трясти.

В душе бушевали гнев и сомнения. Она не знала, чего ей сейчас больше всего хотелось: наброситься на чародея и ударить или же разрыдаться от бессилия. 

«У меня есть и третий вариант», — шепнул внутренний голос, и, сделав глубокий вдох, девушка разжала пальцы. На ладонях остались следы полумесяцев от ногтей.

— Все это не для меня. Я люблю сестру, но меняться не стану, — твердо сказала она и увидела недоверие на лице мужчины. — Все, что мне нужно — отдать ей и ее жениху необходимую сумму и помочь переправиться за море, как мы и планировали.

Полагаю, для такого сильного чародея, как ты, это не проблема, я же от своего слова не отступлюсь. Если ты согласен, то… — она протянула ему руку. Отец всегда так делал, когда заключал выгодные договора.

Скальд прищурился, и улыбка озарила его лицо.

— Смотри, как бы ты потом не пожалела об этом, — он поцеловал ее руку, вдохнув аромат ванильного масла, которое ей прислал. — Желаешь, чтобы я передал ей что-нибудь от тебя, чтобы она поверила в свое счастье?

Оталия вручила свои изумрудные серьги — две песчинки упали на протянутую ладонь.

Чародей сжал их и вновь усмехнулся:

— Однако скромно же ты была одета, принцесса, если бы я не знал, кто ты, то решил, что принес самозванку.

— Ступайте, сударь, и поторопитесь, ситуация не терпит промедления, — она нашла в себе силы говорить спокойно. — Приятного полета, — Оталия даже улыбнулась.

С шорохом чародей обернулся большой птицей и, каркнув напоследок, улетел.

Принцесса закрыла дверь и вернулась в постель, ее трясло от холода, хотя в камине уже который день полыхал огонь. Но ни его тепло, ни еда в корзинке не привлекали. 

«Что же он попросит у меня взамен?» — к счастью, стоило ей переложить груз ответственности на чародея, как сразу стало легче. Она свернулась среди подушек и, укрывшись одеялом, долго любовалась игрой полыхающего огня, пока за окном не начало светать.