Эльфийский талисман, повесть о двух городах

Миновав «соловьиный» этаж, поднявшись по широкой лестнице, москвичка оказалась в просторной, но вместе с тем уютной спальне. Помимо резных деревянных панелей, стены украшало развешенное оружие и части доспехов, сквозь распахнутые шестиугольные окна виднелось синее небо с парящими птеродактилями. Далеко внизу лежал безбрежный Вех с неторопливо ползущими судами и поросшими тростником островами в устье Ранселя. Над городскими крышами вились струйки дыма.

На огромной кровати под балдахином с поднятыми занавесями, опираясь на прислонённые к стене подушки, полулежал-полусидел Его Сиятельство Осона Ирсахи та Кано, эгль та Оско и та Орнели.

Его Сиятельство походил на Миху – каким тот рисковал стать по прошествии времени. Изборождённое морщинами лицо с умными голубыми глазами, выбритый согласно местной моде затылок и спускающиеся с висков длинные белоснежные волосы. Правая нога Его Сиятельства, в засученной штанине лежала на табурете – стоявший на коленях молодой человек в зелёном фартуке поверх белой рубахи растирал босую ступню приятно пахнущей мазью. Подбежавшая Ирику прижалась к отцовской груди.

У камина стоял низенький огненно-рыжий старик с гладким, как у юноши, лицом и длинной, похожей на козлиную, бородой. Это и был Илома Анкаси та Арли, респати ан-сафи осконского храма святого Викушти. Длинные – в пол, отделанные чёрным галуном и расшитые чёрными пчёлами белые одежды, похожая на горшочек смешная шапочка, фибула в виде сидящих спинами друг к другу львов с переплетёнными хвостами, а на пальце правой руки – золотой перстень с полупрозрачным камнем, скрывающем внутри коромыслице.

– Ну-с, и что нам расскажет твоя подруга? – пророкотал Осона Ирсахи, погладив прильнувшую дочку по волосам. – Носит одежду с твоего плеча... Волнуется, но не подаёт вида... А хорошим манерам ты не учил её вовсе, респати?

– В первую очередь Ваше Сиятельство поручили обучить её языку! – ответил премудрый Илома. – Ваше Сиятельство помнит, что наша первая проблема состояла в том, что мы не могли с ней объясниться.

..

– Уж в чём, а в этом ты преуспел, респати! – усмехнулся Осона Ирсахи. – Перед молодыми балбесами хвостом крутит только так. Что мой сын лично подсаживает её в седло, мне уже докладывали...

– Аню! – вскочив, Ирику торопливо подбежала к подруге. – Ты должна наклониться... поклониться... склониться... Папа! Понимаешь, он только мне папа, а ты...

Произнося последнюю фразу на ломаном русском языке, орнелийская принцесса стрельнула глазами в сторону двери.