Сердце пустыни

Гостеприимный хозяин не жалел вина, и Ротгару пришлось приложить немало усилий, чтобы не уснуть за прямо за столом, как святой отец. Однако годы службы среди людей не прошли даром, и он сумел усыпить бдительность графа, приподнимая и ставя на стол почти полную кружку. Но вечер был долгим, а тостов за короля, родную землю и верных друзей было сказано немало, поэтому, когда маркграф добрался до постели и, рухнув в нее, закрыл глаза, то тут же почувствовал, как куда-то  летит и переворачивается вместе с кроватью.

Ротгар понял, что если он промедлит и задержится в гостеприимном Старом замке еще немного, то повторения подобного вечера не избежать, поэтому решил уехать пораньше.

Он проснулся рано и терпеливо ждал, пока рассветет, чтобы не тревожить понапрасну обитателей Старого Замка. Еле дождавшись первых лучей солнца, Ротгар облачился в дорожную одежду и услышал робкий стук в дверь.

- Ваш завтрак, господин! - худенькая и почти такая же бледная, как он сам, девчонка сунула  в руки гостю кувшин и убежала.

Умывшись ледяной водой из рукомойника, он понял, что снова полон сил и даже готов лично попрощаться с радушным хозяином.

Граф Белогорский уже был на ногах, и на его румяном и свежем лице не было ни малейшего намека на бурно проведенный вечер.

- Да ты ничуть не  хуже своего отца, не только сражаться, но и пить умеешь! Знаю, что ты соскучился по родному дому, и не буду удерживать, но как же приятно было увидеть сына Конрада! Ты спас мою девочку, такое не забывается! Надеюсь, еще увидимся!

Штефан лично проводил гостя до ворот. Во дворе замка было пусто, только на площадке, где тренировались воины, юноша в серой куртке упражнялся в стрельбе из лука. Стрелы ложились  точно в центр деревянной мишени  с двадцати шагов.

- Бронислава, попрощайся с нашим гостем!

Стрелок обернулся, и Ротгар узнал Славку. Девчонка навела на него натянутый лук и сощурила глаза, словно прицеливаясь. Темные волосы были заплетены в аккуратную косу и перетянуты на лбу кожаным ремешком. Вампир усмехнулся, эта девушка не переставала его удивлять. То юная крестьянка, то знатная дама, а теперь девушка-воин.