Сердце пустыни

Впрочем, сейчас граф Готфрид из последних сил пытается сдержать кровавый разгул, и сам с мечом в руке бросается отбивать визжащую девчонку у своих солдат, Ханс усердно помогает ему, наконец воины Христовы отпускают свою добычу, правда, один из них с удивлением рассматривает кровавую прореху на животе, но Ханс равнодушно отворачивается, не желая слушать чужих проклятий.

На следующий день Готфрид вершит суд над особо ретивыми мародерами и насильниками. Но вчерашние кровожадные убийцы падают на колени и плачут настоящими слезами, напоминая своему предводителю о долгой дороге, которую они прошли вместе, голоде и болезнях, безымянных могилах на пыльных дорогах.

Готфрид рыдает вместе с ними и прощает их, искренне уверившись в их раскаянии. В едином порыве войско падает на колени и воздевает руки к небу. Ханс тоже твердит слова молитвы, но перед глазами все еще стоит удивленное лицо девушки с перерезанным горлом.

Сейчас ему кажется, что тишина за столом возникла от его рассказа, но на самом деле он просто сидит молча, крепко стиснув зубы и смяв в кулаке оловянный стаканчик с вином.

Граф Чермак уже не смотрит волком, а глубоко вздыхает.

- Если хочешь, парень, можешь оставаться здесь. Я доверяю маркграфу фон Райзенхорсту, думаю, ты будешь хорошим воином и верным товарищем.

Ханс остался среди Неуязвимых. Гюнтер удивился странной настойчивости Ротгара, но маркграф лично поручился за друга перед королем.  Некоторые относились к светловолосому фризу с недоверием, но авторитет маркграфа среди Неуязвимых был слишком высок, и никто не решался прямо высказать  свое недовольство. Остальные считали его чем-то вроде второго оруженосца фон Райзенхорста.  Ханса такое отношение злило, но он молча терпел снисходительные взгляды, понимая, что только в бою сможет доказать, что тоже чего-то стоит.

Появление веславки несколько озадачило графа Чермака, отвечающего за порядок и бытовые вопросы . Конечно, в лагере было некоторое количество женщин, но  вряд ли их общество понравилось бы Василине.

Сама девушка не слишком хотела расставаться с фризом и вампиром, она уже привыкла к их обществу и чувствовала себя с ними в полной безопасности.