Метаморф, или как справиться с проблемой

Я измученно посмотрела на костер и решила прилечь, потому что потихоньку стала ныть спина и головная боль от лёгкой пульсации в висках начала расти до полноценной, охватывающей затылок и лоб. Угольки в пламени мирно потрескивали, слишком сырые обуглившиеся ветки шипели и пускали клубочки дыма, убаюкивая.

Я уткнула холодный нос в ладонь и вдохнула запах сырой земли. Дождь, видимо, вне леса не прекращался. Бороться со сном не хотелось, из-за чего я случайно отключилась, ощущая только сильный холод.

Вернувшийся с охапкой веток Герстейн замер, наблюдая за спящей, а затем осторожно положил валежник на землю, подходя к ней вплотную.

Девушка безмятежно спала, подрагивая во сне от холода. Мужчина вздохнул и стянул с себя куртку, полностью укрывая ее.

Утром меня разбудил треск веток где-то в отдалении, который я каким-то чудом услышала. Несмотря на раннее утро и бледный туман, ползущий по земле, пришлось открыть глаза и сесть. Герстейн сидел на небольшом пне, облокотившись о дерево, и листал книгу.

По его куртке стекали капли воды. Видимо,  роса, севшая вечером, была достаточно сильной.

Я зевнула с лёгким хрустом в челюсти и поежилась из-за холода, сильнее закуталась в чужую куртку и расслабилась.  От черной кожи пахло табаком, сыростью и магией смерти, которая давно уже не вызвала должного ужаса. Кажется, куртка некроманту вернётся нескоро, если вообще вернётся.

- Доброго утра, - мужчина встал на ноги и небрежно захлопнул книгу. Всю ночь ему пришлось мониторить подселенцев к живым душам и отгонять их, чего не хотелось ни ему, ни им.

Я мрачно посмотрела на него, заметив во взгляде злость, направленную на меня и резко встала. Ещё он вздумал меня взглядом к полу прижигать. Пришлось снять куртку, сухо поблагодарить и демонстративно протянуть ему на вытянутой руке. Стало очень холодно, но гордость, так некстати зашевелившаяся в пятом месте, не дала пойти на попятную.

Герстейн хмыкнул и забрал куртку, почти сразу же запрыгивая в седло коня.

Я же осталась стоять на земле и дуться. К своему стыду поняла, что нижняя губа выехала чуть вперёд. Осталось только топнуть ногой и расплакаться.

Плющевик одиноко оглаживал поляну в поисках магии некроманта и, не ощущая ее, двигался дальше. Вскоре и место, где я спала, оказалось овито полностью, и первый маленький отросточек с закрученными усиками коснулся носка ботинка и отпрянул. Помнит все же, зараза, как вчера ночью чуть не оттоптала ему все веточки.