Метаморф, или как справиться с проблемой

— Ты уверена? — Брэндт, словно желая поболтать, вновь отвлёк меня, и я с неодобрением цыкнула, усиленно начав пинать Герстейна под столом. Точнее, очень надеялась, что начала пинать именно его, а не кого-то другого.

— Да. Это я сломала ему руку. — Некроманты, сопровождающие Арнлджота, имена которых я не помнила, удивлённо переглянулись. В воздухе повисло напряжение, которое, казалось, вот-вот разнесет все заведение в щепки. — На арене у меня не было выбора. Как в старой доброй фразе — если не сломаешь ты, сломают тебе.

Брэндт одобрительно кивнул и нахмурился, прикасаясь губами к сцепленному замку из рук. Вся его поза говорила о глубокой задумчивости.

— И что тебя заставило уйти с насиженного места? — вопрос был озвучен достаточно резко, что неимоверно меня задело где-то в глубине души.

— Я просто осознала, что больше не могу нести вред и убивать. Переоценка ценностей, которые вбивали тебе в голову на протяжении двадцати лет почти с пелёнок. — я пожала плечами и вновь выпила вина, раздражаясь тому, как безвольно хлещу алкоголь, хотя его употребление не приемлю вовсе.

Герстейн прыснул, пряча улыбку в сложенных руках, и я успокоилась, понимая, что хотя бы отчасти этот некромант на моей стороне и никакого подвоха в его поведении нет. Он искренен в своих начинаниях.

— Что ж, я думаю взять тебя к себе и афишировать это, — Брэндт хлопнул по столу ладонью, словно решая — нужно ему это или нет.

Я с удивлением посмотрела на этого хитрого некроманта, теперь окончательно понимая, как он может так умело манипулировать людьми. У короля от такой новости точно случится сердечный приступ, причем всем попадет под раздачу, начиная от отца, заканчивая Кьяллаком. Эта идея мне очень понравилась. Я почесала голову и хмыкнула.

— С огнем играешь. К твоим пятидесяти четырем пожизненно смертельным срокам добавится ещё один.

Арнлджот пожал плечами, забирая нашу бутылку в руки и опрокидывая ее залпом.

— Будет пятьдесят-пятый. Очень люблю цифру пять. — после опустошения бутылки сказал он и, кивнув брату, встал. — Нам пора идти, был рад с тобой повидаться, брат.

Герстейн кивнул и сказал ему что-то на их тарабарщине, я не стала себя утруждать переводом и снова принялась за поедание макарон, которые закусывала пирогом.