Белый танец

Теперь понимаю.

Она вернула ему флягу, заставила сомкнуть руки на металле, который превратился в кусок льда.

- Выпей за любовь, не мой страж.

Пригубив, он не ощутил никакого вкуса, но не смог возразить ей.

- За любовь, снежная королева.

За окошком дормеза снег валил хлопьями и засыпал сброшенные на обочину разбитые экипажи и тела мужчин, женщин и детей, которые не теряли надежду до конца.

Глава 15. Шепот бездны

Несколько дней он прожил в неизвестном месте в одиночестве в тишине и покое. Окна обеих комнат выходили в сад, где за все время он ни разу не заметил, ни людей, ни птиц.

Деревья в саду постепенно начинали осознавать неизбежность наступления холодов, и листва на поникших ветках хоть и приобрела яркие оттенки, совсем не радовала глаз. Яркие обманчивые пятна на фоне серого безмолвия только подчеркивали настроение невозможности что-либо изменить среди царящего состояния отчаяния и безнадежности.

Уже несколько раз дождь, не замолкая по нескольку часов, шумел в заброшенном уголке, а он с удовольствием стоял у окна и вслушивался в эти, пускай однообразные и монотонные, но все-таки живые звуки.

Двери комнат были наглухо закрыты, а, может быть, даже заколочены. Еду ему поднимали на лифте, на лифте спускали использованную посуду. Туалетная комната имела также выход наружу, и кто-то наверняка приходил заниматься уборкой только тогда, когда он спал.

За ним следили, хотя и непонятно каким образом. Наверное, в стенах были просверлены отверстия. Он мог бы их найти, если бы ему не было так безразлично. А возможно, ему просто хотелось чувствовать себя не настолько одиноким. Чей-то взгляд, пускай и равнодушно-враждебный, все-таки являлся некой заменой человеческого общения, знаком, что о нем не забыли и что он не просто узник, а персона, которую опасались и которая что-то еще значила.

Три или четыре дня, минувшие с момента, когда его разлучили с больной женой, с момента, когда все стало еще хуже, хотя еще недавно казалось, что хуже быть не могло, тянулись как дымка утреннего осеннего тумана. Зябкие и слепые.

Он не чувствовал неприязни к Дане. Ее необыкновенное качество появляться вместе со всяческими проблемами и исчезать, оставляя проблемы, были скорее всего не ее виной, а бедой.