Сапфировое сердце

Девушка подобрала беднягу в одну очень холодную зиму.

В тот вечер они с ребятами возвращались после репетиции. На улице стоял мороз минус двадцать, так что нос из шарфа не высунешь, а ресницы слипались, покрываясь тонким инеем. Неподалеку от «Макдональдса» Арти услышала мяуканье. Проваливаясь в сугробы, она пошла на жалобный голосок, хотя парни ворчали, что она может заболеть. Крепким здоровьем девушка не отличалась: худая, бледная, а в снег все равно полезла. Оттуда ее потом под мышки вытаскивал Евгений, подняв как веточку вместе с мокрым комком шерсти в руках.

Пока мальчишки отогревались на кухне чаем и кофе, Арти с Женькой отнесли ужасно тощего котенка в небольшую ветеринарную клинику в ее доме. Ветеринар осмотрел нового питомца, тщательно отмыл и велел откармливать и заботиться, перед этим сделав в загривок прививку и скормив ему лекарство от глистов.

С тех пор из тощего комка вырос невероятно пушистый и большой Клаус, который своим весом придавливал гостей к дивану. Женя даже пожаловался, что если он, как баскетболист, ест больше других, то Клаус может съесть еще больше.

Из родителей у Арти остался отец, и тот постоянно был в командировках, работая дипломатом. Мать девушки, Амалия, сгорела от рака, когда дочери было шесть лет. Родственников, кроме тети Греты, младшей сестры матери, и дяди Демиура, двоюродного брата отца, не было. Не так давно тот переехал из Италии и обосновался в загородном доме в Подмосковье. Но Артемия видела его совсем маленькой и плохо помнила, да и отец нечасто о нем упоминал, поэтому девушка решила, что у них не самые теплые отношения.

С шести лет ее воспитывала тетя Грета, она обожала племянницу. Каждое лето Арти проводила у нее в Будапеште. Жила в шикарном доме, обставленном дорогой мебелью ручной работы, где в сервантах стояла посуда из королевского фарфора с монограммой, на стенах висели картины в тяжелых позолоченных рамах, а полы укрывали мягкие персидские ковры. У девочки был полный шкаф фирменной одежды, множество игрушек и книг.

В детстве Артемии казалось, будто она жила в доме настоящей аристократки. Ей нравилось помогать тетушке с выбором изысканных платьев, висящих в огромной гардеробной, наблюдать, как Грета делает себе прически и макияж. Но больше всего Арти обожала их совместные уроки игры на фортепьяно и пение. У тетушки был невероятный голос, она обучала Артемию пению не хуже, а быть может и лучше, чем преподаватель в консерватории. Откуда у нее были эти таланты, девочка не знала.