Оzеро

 – Всё, мы, кажется, приехали! Встречай нас!

«Точно, мы, кажется – приехали», – ухмыльнулся он и ответил:

– Я у столовки стою, через дорогу перейдёте и встретимся!

Подошёл трамвай и Егор увидел, как его группа вышла, направилась к пешеходному переходу.

– Привет! – воскликнул Эдуард. – Куда теперь, далеко?

– Так, ребята, – засиял Егор, в который раз отметив, как всё-таки хороша и привлекательна его мечта – Люба. – Серёга, ты же офицер, у нас учился? – спросил он воспитателя кадетов, мужчину, лет около сорока, с едва наметившейся лысиной.

– Конечно, я здесь всё знаю. Расскажи в двух словах, куда идти.

Егор обрисовал ему схему и, взяв Эдуарда и двух женщин, поехал с ними в магазин.

Комната, куда пришла группа, находилась на пятом этаже общежития. Маленькая, метров двенадцать, комнатёнка, поделенная, тем не менее, на кухню и спальню, была плохо приспособлена для компании в двенадцать человек, но другого выбора уже не было. В кухне стоял старенький двухкамерный холодильник, тумба, в углу раковина и зеркало над ней.

– Так, ребята, живём, свет есть! – сказал Егор, щёлкнув выключателем.

– И как мы тут поместимся?

– Да-а-а, не фонтан, – огорчилась Шумахер.

– Но это лучше, чем в институте сидеть, согласитесь, – уверенно произнёс Эдуард и предложил: – Давайте, мужики, уроним шкаф на бок, будет у нас фуршетный стол.

Так и сделали. И вскоре на холодильнике образовалась гора одежды, а на боку двухдверного шкафа, накрытом старыми газетами, были выставлены закуски: салаты, куры, огурчики-помидорчики, бананы и яблоки, а также водка и бальзам.

Егор, на правах хозяина, ждал, пока все рассядутся на диван, кресло, тумбы, и, в конце концов, ему досталось место у двери. Рядом, на диване, оказалась Инна, а Люба села с противоположной стороны импровизированного стола, рядом с Эдуардом.

«Ну что ж, – с иронией подумал Егор, – выбор, кажется, сделан.

– Егор, так ты ещё и на гитаре играешь? – спросила его Инна, видя, что Субботин принёс с собой гитару.

– А то, – ответил он. – Сегодня вы услышите прощальный авторский концерт, – с внезапно возникшим раздражением сказал он.

– Ну что, коллеги, давайте поднимем за окончание курсов, – сказал Эдуард, взяв пластиковый стакан.