Оzеро

Тем не менее, большая часть денег была внесена, и кредит был необременительным. Потому и радость на их недавнем новосельи была неподдельной, естественной.

Кое-как протиснув свою машину между почерневшими от городской копоти и мартовского солнца сугробами, мусорными баками и другими машинами, Егор припарковался у дома, взял пакет с вином, букет жёлтых роз, захлопнул дверцу и направился к подъезду.

– Нет, ну ты глянь на него, – фраер с цветами! – громко приветствовал друга Григорий, открыв дверь квартиры.

 – Мать, иди сюда, тут тебе от меня ещё цветы принесли!

Из комнаты вышла Галина, полная, хоть и молодая ещё женщина. Друзья обменялись крепкими рукопожатиями и обнялись.

– Егор, ну, слава богу, – приветливо произнесла она, – а мы тебя уже потеряли. – Галя радостно улыбалась и сияла раскрасневшимися щеками. В школьные годы она была, да и осталась, единственным другом-женщиной у Егора: они и сидели за одной партой, несмотря на то, что дружила она с Григорием.

– Привет-привет, ребята! Галка, поздравляю тебя с праздником, – сказал Егор и обнял подругу.

 – Иди, моя хорошая, расцелуемся, – счастливо улыбался он, обрадованный тем, что приехал туда, где его ждут, всегда, в любое время года и в любое время суток. Григорий с Галиной были той отдушиной, теми людьми, с которыми не надо было оглядываться – как сказать, что сказать, когда прийти и с кем.

– Спасибо, Егор! Раздевайся, проходи, а то мы уже сели, не дождались тебя.

– О, Жорик, здорово. – Из комнаты вышел Иван, высокий, под два метра ростом, их третий друг.

Он протянул другу руку, спокойно поздоровался.

– Привет, Ванёк, – сказал Егор. – Как ты? Растёшь? Смотрю, выфрантился, в галстучке, всё чин-чинарём!

Иван улыбнулся: он всегда либо улыбался, либо матерился.

– Да куда уж расти, и так косяки сшибаю хожу…

– Ну, допустим, сшибать всё на свете ты мастер, скажи, Егор? – улыбался Григорий. – То споткнётся, то грохнется, то палец себе просверлит, то ещё что! Да?

– Да уж, такая способность у Ванька есть, не отнимешь, – поддержал Егор.

 – Да я имел в виду рост, так сказать – по карьерной лестнице.

– О-о, тут ты не ошибся, – воскликнул Григорий. – Если Ванёк не начальник, то и свинья не красавица.

Иван несколько сконфуженно улыбался, переминаясь с ноги на ногу, но ничего не говорил.

– Ладно, хватит вам, – вступилась Галина и скомандовала – идёмте за стол, стынет всё.

Компания прошла в небольшой квадратный зал.