Танцующая среди ветров. Дружба

Цыкнул на любопытствующую сестру и отправил меня спать на сеновал. Ну что ж, это лучше, чем опять ночевать в лесу, да и от расспросов я была избавлена. Улыбнувшись мыслям, я провалилась в сон.

Утром, чуть рассвело, мы продолжили путь. Зябко ежась и кутаясь в плащ, я решила пока есть возможность поспать еще немного. Неизвестно, что ждет впереди, а предыдущие ночи не сказать, чтобы располагали к здоровому отдыху. Против ожиданий, дедок отчего-то мялся и не заговаривал. Поэтому я устроилась поудобнее, облокотилась на мешок с овсом и задремала.

Мне снилась нелепая чехарда из отдельных, совершенно бессвязных фрагментов. Вот я стою посреди поля, улыбаюсь дурацкой блаженной улыбкой и держу в руках гриб, а в следующий момент уже пью чай на кухне Клисы, почесываю черного кота и приговариваю: «Хороший, ты же меня не бросишь?». Котик вздыбливает шерсть, спрыгивает на пол и оборачивается огромной пантерой с серебристым хвостом. Ничуть не удивившись, кричу: «Я так и знала!». Зверь мотает головой и скалит клыки. Тут на кухню врывается Цигун с воплями: «Оводы, оводы, растуды их, прилетели», и трясет меня за руку.

Проснулась я от того, что кто-то действительно тряс меня за руку и бубнил:

– Просыпайся, говорю, приехали растуды.

Открыла глаза. Сколько же времени мне снилась эта галиматья? Уже давно полдень, и, судя по всему, мы как раз около Старого Перевала.

– А-а-а, – сонно протянула я, – уже?

– Уже-уже, ну и сильна ты спать. Полдня продрыхла и не заметила, – заскрипел дед. – Вот тут я сворачивать буду, дорога на Петруши пойдет, а тебе нужно вдоль того подлеска пройти, что по правую руку, там и Старый Перевал.

Цигун вновь замялся.

– Ясно, спасибо. Вы меня очень выручили! Могу я вас как-то отблагодарить? – больше из вежливости произнесла я, слезая с телеги и закидывая рюкзак на плечи.

– Вообще-то, можешь, – старичок счастливо просиял. – Видишь, тут такое дело… как бы это сказать. Кхм, ты же в столицу идешь, зашла бы по пути в один из поселков. Мне надобно весточку передать кое-кому, – окончательно смутившись, он замолчал.

– Ну-у-у, – нерешительно начала я, чуя подвох.

Ох, неспроста этот говорливый дедок, который за словом в карман не полезет, темнить начал. Подозрительно.