Сказ о ведьме Буяне

– Все упали рубашкой вверх, а «Скоморох» и «Гроза» наоборот.

– «Гроза» же вроде твоя карта?

– Нет, моя «Ведьма».

– Слишком прямолинейно, – фыркнула княжна.

– Зато суть отражает.

– Значит, думаешь, что «Гроза» – это сбудутся плохие предчувствия варлока?

– Очень похоже. Но… как ты это говоришь? Слишком прямолинейно. В этом случае «Гроза» лучше, чем, скажем, «Мельница».

– Ага, а «Скоморох»?

– «Скоморох»… да что угодно. Карта такая… как угодно ее толкуй. – Буяна начала собирать карты, но потом остановилась и взяла в руки «Скомороха».

– Ну зачем же так грустно? Ведь перемены бывают и к лучшему. Сегодня снег, а завтра первые ручьи. Сегодня в карауле ночь маяться, зато завтра день отсыпаться. Сегодня ты только на него заглядываешься, а завтра тебе в платье красном перед волхвом рядом с ним стоять.

«Везет мне нынче на шутников», – подумала Буяна.

– Все так. Только вот… по моему опыту, «Скоморох» на счастье редко выпадает. Да и перемены всегда больше к худу.

Княжна не нашлась что ответить.

Ведьма посмотрела на так и несобранные карты, щелкнула пальцами, и картинки сами рядами стройными полетели на стол, на этот раз накрытый зеленым бархатом. Девушка шлепнула в колоду последнюю – «Скомороха», взмахнула рукой, и свет от множества свечей потускнел, оставив красавиц в мягком, чуть таинственном полумраке.

– Положи ладонь. – Ведьма, сияя горящим пламенем зеленым в очах, поднесла княжне колоду на ладони.

Княжья дочь протянула руку, тонкие пальчики коснулись разрисованных картинок. Те едва видно посвечивали изумрудным светом.

– Теперь сдвинь, – приказала колдунья.

Княжна повиновалась. В следующий миг в комнате разлился шорох заговора. Шумно вскипела вода в котле.

Карты уверенно полетели рубашками вверх на зеленое сукно.

– Девять к ночи нам расскажут, правду-истину покажут…

Ведьма отложила колоду, зачерпнула из котла зелья (надо ли говорить, что кипяток ее не обжег?) и выплеснула его на карты и княжну.

– И на милого укажут, боль-печаль не утаят.

Задрожали пламенем свечи, дернулся воздух внутри комнаты, полыхнуло зеленым пламенем. Под картами словно загорелся изумрудный огонь, а его отсветы вырвались наружу.