Диахар

Колдун заверил его, что мы легко разберемся с «вампиром» и попросил предупредить местных, чтобы сидели дома и не геройствовали.

Староста помог нам устроить коней, почистить их и накормить. После чего представил своей родственнице и был таков.

Бабка Ивана – сухонькая старушка с седой косой – радушно приняла нас в своем небольшом доме. Она шустро собрала на стол и усадила нас обедать.

Пока мы уплетали (или давились – тут как посмотреть) странного вида похлебку, она постановила, что мы с Иером будем спать на чердаке, а колдун в комнате на лавке.

Сама же старушка всегда греет кости на печи.

После обеда мужчины ушли осматривать деревню и кладбище, а я осталась помогать по хозяйству. Мы с Марфой (так звали хозяйку дома) подмели и вымыли пол, начистили посуду и приготовили поесть. Так день и прошел.

В сумерках черт и колдун вернулись. Иер с порога заявил, что нам пора ложиться спать и велел мне лезть на чердак. Я, как и подобает простой селянке, молча, подчинилась приступу домашней тирании и по ужасно скрипучей лестнице поднялась в нашу «спальню».

Открывшийся вид заставил выругаться. Мало того, что здесь даже в полный рост не встать (потолок ужасно низкий), так еще и окно такое, что только одним глазом смотреть. Я никогда не жаловалась на клаустрофобию, но это место к ней располагало.

Главной достопримечательность чердака была кровать. Тюфяк да кусок грубой ткани! Мамочки, я в лес хочу!

– Иер, это кошмар, - шепотом простонала я.

– Все не так плохо, как ты думаешь, - черт присел на наше ложе (бррр) и притянул меня к себе за руку.

– Тут же наверняка клопы да блохи…

– Я уже попросил наруч все почистить, - он таки заставил меня сесть рядом, ловко подловив под колени.

– Спасибо.

– Колдун осмотрел всю деревню вдоль и поперек, - перешел он к делу, - и не нашел ни следа нежити.

– И что это значит?

– Что, возможно, он прав, и мы имеем дело с каким-то местным психом.

– Интересная будет ночь, - я усмехнулась.

– Есть ли способ уговорить тебя остаться здесь и не идти смотреть, что будет делать Демьян?

– Шутишь?! Конечно, нет! Мы же не будем вмешиваться, так что мне ничего не угрожает.

Я буду стоять в уголочке и смотреть.

– Я не уверен, что ты сможешь не вмешиваться, - он снова взял меня за руку, нежно погладив костяшки пальцев. – Останься здесь.

– Нет, - Иер тяжело вздохнул.

– Хорошо. Нам нужно поспать. Представление начнется не раньше полуночи.

Он залез на тюфяк, а потом притянул меня к себе так, чтобы его рука служила мне подушкой.