400 страниц моих желаний

Порой казалось, что девушка испытывает ко мне нечто большее нежели товарищеское отношение, но тут же вспоминался отец её пока не рождённых малышей, и надежды таяли, ведь глядя на меня девушка видела его. Вот и в прошлой, вернее, последней завершённой книге, которую я сейчас перечитывал урывками, было чёрным по белому написано — она смотрела на меня и поражалась насколько мы похожи, тонула в зелени моих глаз и вспоминала Поля, стыдясь своего поведения, будто один невинный взгляд уже был изменой любимому. Так что, ни о каких более близких отношениях речи не шло.

И вот, мы в очередной раз сидим на кухне — я, Мила, её мама, и вдруг девушка выпадает из разговора, зависнув как допотопный компьютер. Как выяснилось, явился не запылился Муз, сообщивший ей об окончании отпуска. Ну надо же, как глазки-то сразу заблестели. Ах, ну-да, ну-да, она же уже предвкушает встречу со своим ненаглядным! Внутри всё как-то аж переворачивается от этой мысли.

Обидно, но после этого меня едва ли не вытолкали за двери! Ну что же, ладно, пока не пришло моё время, но оно обязательно придёт! Сколько было пассий, никто не держал столь чётких границ — либо удавалось переспать с ними сразу, либо сначала требовалось поухаживать немного, но с Милой всё было иначе, она поставила себя так, что у меня даже мысли не было о том, чтобы просто затащить её в постель — я хотел безраздельно обладать и её душой, и телом, чтобы она было моей и только моей.

Как же я мчал домой! Наверное, все правила дорожного движения, какие только можно было нарушить — были нарушены. Но мне повезло, ни одна камера, ни один доблестный сотрудник автоинспекции меня в тот вечер так и не остановил. И я почти успел бы, но… когда ворвался в квартиру, на автомате отметил что в прихожей горит свет, удивился своей рассеянности, однако зацикливаться на этом не стал, швырнул ключи от машины, скинул ветровку и как был в джинсах и свитере, так и упал в кровать.

Дотянулся до настенного светильника, дёрнул за цепочку включая свет и опешил, глядя в покрасневшие от слёз сонные глаза своей бывшей.

— Ты что тут делаешь? — спрашиваю.

— Он… Он, козёл, — кидаясь мне на шею, и шмыгая носом, молвила незваная гостья.