Кружева от Госпожи Феи

И Славе пришлось смириться с ее работой в «убогом» ателье, где она с горем пополам уживалась с вечно ворчливыми и склочными дамами от тридцати до шестидесяти пяти лет. Они только и знали, как перемывать окружающим косточки, а всех клиентов именовали «зажравшимися москвичами» или «насосавшими фифами». Швеи сидели в тускло освещенном помещении, пропахшем нафталином и дешевым вином, которое попивала их подслеповатая начальница Евдокия Викторовна — дама постбальзаковского возраста с короткими вьющимися, словно змейки, волосами и красными острыми ногтями, не единожды впивавшимися в хрупкое плечо Титании.

Женщина сетовала, что вынуждена прозябать в этих облезлых стенах ради оплаты учебы дочери и что та никак не выйдет замуж за какого-нибудь обеспеченного мальчика из благородной семьи.

Постепенно благодаря проявившимся талантам у Титании прибавилось работы. Помимо обычных заказов от клиентов на нее взваливались задания и от начальницы. Видите ли, ее Любочка-дочка хочет вот такой пиджачок, а зачем его покупать и тратить сорок тысяч, если Титания сможет пошить аналогичный за меньшую сумму дома у Евдокии, а Любочка будет моделью.

Отказать Титания не могла: во-первых, это прекрасный опыт — пошить что-то новое и набить руку, а во-вторых, это уникальная возможность создать наряд собственного дизайна из оставшегося материала.

Так, за работой Титания не заметила, в какой момент упустила жениха, и он оказался в постели с другой.

Она вернулась домой пораньше, чтобы встретиться с хозяйкой квартиры.

В тот месяц они не успели внести плату, потому что Титании задержали аванс. И вдруг услышала резвящихся в спальне любовников.

Девушка тихонько собрала вещи, предварительно запечатав магией дверь «переговорной», подхватила котенка Пака и засунула его в корзинку-переноску. Оставив все в коридоре, она вошла в спальню.

Любовница замерла в позе наездницы и, увидев Титанию, вскрикнула, а Славик застонал: то ли от разочарования, что их застукали, то ли от того, что не смог завершить свое мужское действие.

— Вы не ждали — а я приперлась! — воздев руки к потолку, воскликнула Титания, широко улыбаясь. В порыве едва сдерживаемого гнева она запустила в горе-любовников слишком сильной оглушающей магией, и они замерли: девушка уткнулась в грудь храпящего Славика и стала пускать на него слюни.

— Отдохните. — Титания стряхнула с ладоней золотистые крупицы и, вытащив из шкафа чемодан, побросала туда свою одежду вместе с вешалками.