Граница. Книга 2. Путь предателя

Сколько прошло времени с того момента, как преследуемые ею навиры оставили её на этой земле и скрылись, она не знала. Так же, как и не знала, что теперь с ней будет. Участь погибнуть от переохлаждения и потери крови теперь казалась куда занимательнее, чем умереть на допросах Карателей.

Было ли это тем, чего так желала ей девушка-навир?

— Какой смысл был оставлять её в живых? — не понимала подобного решения беглянки Нона. — Если от неё хотели что-то узнать, то расскажи она всё или нет, исход был бы тем же, что и у остальных.

— Может у тех, кто её допрашивал с чувством юмора не очень? — предположил Огнев, поднимая женщину с земли. — В отряде есть кто-нибудь, кто сможет заставить её говорить.

— Офицер Бергов не подойдёт? Его сила слов…

— Услышать это одно, а вот увидеть то, что она знает…

Нона покачала головой.

— С виденьем нет никого.

— Повезло же тебе, — произнёс Огнев, подталкивая женщину вперёд.

Он бы с удовольствием послушал её крики, когда Каратель с такой же, как у Висова способностью, изымал её воспоминания.

В это же время

Гостиница в небольшом городке на границе Центрального и Северного округов

Якоб нервно барабанил пальцами по подоконнику, всматриваясь в прохожих на улице. Он приметил четырёх Карателей в форме и ещё двоих в гражданской одежде. Как бы Стражи не старались выдать себя за обычных людей, они не могли избавиться от военной выправки. Впрочем, он и сам имел такую же, как и они, походку. Из-за этого иногда с ним случались конфузы, когда кто-нибудь принимал его за бывшего военнослужащего.

Как говорили люди в прошлом: «Рыбак рыбака видит издалека».

— Ян меня заметил, — сказал он, задёргивая штору. — Вне всяких сомнений.

Всю прошедшую ночь Якоб не сомкнул глаз, размышлял о том, как ему удалось испортить весь их план одним лишь выходом наружу. Знал же, что в городе обосновался карательный отряд, и всё равно повёл себя так по-глупому — прогуливался по улице, как ни в чём не бывало.

— Вам не надоело это повторять?

Девушка, которую Якоб должен был в целости и сохранности доставить на Север, перепроверяла в сумке свои вещи.

В её голосе слышалось лёгкое пренебрежение, и Якоб понимал, что ещё чуть-чуть, и она начнёт скалиться на него, словно раздражённая собака. Возможно, он действительно слишком часто повторял о своём промахе, но это было непроизвольно. На самом деле Якоб всё утро думал о том, как им быть дальше.

— Сколько бы раз Вы это не сказали, уже ничего не исправить.