Защитник тьмы

Поморщившись от этой внезапной догадки, я постарался отогнать невольную жалость и сварливо продолжил:

– Что заладила «раб да раб»? Сама вызвала, а теперь принижаешь мои подвиги. Вот так и помогай неблагодарным тёмным! – я скривился, пытаясь придать лицу обиженную мину, хотя понять жертву ритуала можно. Схватку она не видела. Да и я в своём теперешнем виде никак не тяну на образ победителя.

– Но ведь печать на лбу… – попыталась поднять руку девушка, чтобы указать на причину такого своего обращения. Ей удалось лишь слегка пошевелить ладонью.

(Шон: – Хм, точно, у тебя на голове есть заковыристое украшение с магической начинкой, похожее на татуировку.

Мег: – Так убери эту гадость. Ещё в рабах я не ходил!

Шон: – Сделано. Это было какое–то заклинание, но оно отлично впиталось в нить привязки к тёмной. Похоже, оно изначально настраивалось на нашу новую знакомую, а мы через нить можем манипулировать её энергетикой.

Мег: – Это радует. Проще будет работать с повреждёнными энергоканалами пострадавшей.

– А теперь? – я потёр чуть зачесавшийся лоб.

– Как?.. Но… – едва слышно прошептала тёмная. На большее у неё сил не хватило, и она растеряно замолчала.

В огромных глазах жертвы ритуала просматривалась бездна недоумения, а в ауре отразился целый вихрь различных эмоций.

Следовало срочно прекратить это безобразие в биополе. Жизненные структуры и энергетические каналы и так повреждены, а тут ещё переживания накатывают непрерывными волнами.

– Тебя как зовут, чудо тёмное? – улыбнулся я, пытаясь руками стереть со своего лица грязные разводы.

– Всё же демон… Ненормальный, только… – вынырнув из шторма эмоций и быстро успокоившись, пришла к выводу девушка. – Значит, плату ты с меня не возьмёшь! Отлично! Одна проблема решена. Меня зовут Эватария – потомственная призывательница духов из рода До–Два.

(Мег: – Интересно! Быстро сменила тему. Вторую проблему озвучить не желает.

Шон: – Вот ещё тайну нашёл! Да изгнать она тебя хочет! Дело сделано.

Я покачал головой:

– Хм, слишком длинно. Будешь просто Эва.

– Но так нельзя, – нотки тщательно скрываемого недовольства проскочили в голосе собеседницы. – Сокращения имени позволительны только для общения близких родственников.

– И нечего обижаться! – задумался я.