Вершительница. Целитель и сид

К тому же, вдруг вы спросите о чем-то, про что я не могу говорить?

– Это лишь одна из причин, – усмехается он. – А ты неглупа. Оговорим условия.

– Хорошо. Здесь и сейчас сид, назвавшийся Рейвеном, обещает ответить на три мои вопроса: зачем он следует за мной, что ему от меня нужно, и его ли черный скакун на конюшне в гостинице. За это я, Твигги из Рэнса, обещаю поцеловать Рейвена и ответить на любой его вопрос, кроме тех, что касаются обещаний хранить тайну. Сказано и засвидетельствовано. Силы, внемлите, – речитативом произношу я традиционную формулу.

В ответ мироздание касается меня едва ощутимой волной, скрепляя клятву. Сид повторяет за мной свое обещание, а затем отвечает:

– Я следую за тобой, потому что мне интересно. Я хочу от тебя то, что мужчина хочет от женщины, которая ему любезна. Конь на конюшне – мой. А теперь скажи, узнала ли ты что-то новое?

Ах ты, мошенник! Ответил, так ничего и не ответив. Старшие расы любят играть словами, и я еще раз в этом убедилась.

– Это ваш вопрос? – по-деловому уточняю я.

– Нет! Не вопрос. А ты и правда знаешь наши правила. Мой вопрос: кто ты?

Он жадно смотрит на меня в ожидании ответа, и отчего-то мне делается страшно.

– Я не знаю, – абсолютно честно отвечаю я.

Кто я? Тысяча ответов, все истинные, но ни одного верного. Кто же я? Человек. Женщина. Дочь. Жена. Друг или враг. Целитель и медикус. Некромант. Нет, все это слишком просто.

Один пророк сказал: «Я есть». Другой: «Меня нет».

По каменной дороге в Хине неторопливо движется торжественная процессия. Правитель готовится встречать просветленного. Паланкин останавливается, и повелитель по наитию спрашивает оборванца, кто он. «Не знаю», – отвечает тот и уходит прочь, не обернувшись. Ему не интересны дворцы и почести. Он просто ищет себя в этом странном мире.

Но прочь тяжелые мысли! Они и так посещают меня без приглашения, без помощи сида, который недоволен моим ответом.

Кажется, от этой игры в вопрос-ответ выиграл только сид.

– Так же, как и простые смертные, – отвечает он.

Глаза с медовыми искорками щурятся, словно ему смешно. О! Неужели я сказала последнюю мысль вслух? Или он читает мои мысли?

– Не знаю, взять плату сразу или потребовать позже, – довольно мурлычет эта сволочь.

Я не доставлю ему такого удовольствия.