Вершительница. Целитель и сид

Что-то промелькнуло, и все… Из полного покоя он перешел к активности. Какая демонстрация своей нечеловеческой сущности!

– Надеюсь, вам этого достаточно… господа? – широко улыбнулся Рейвен.

Такое поручительство устроило всех.

Совещание, касающееся вопроса обороны города, было назначено на следующее утро во дворце у Герцогини. А мы с сидом наконец отправились обратно в гостиницу. В сумке, притороченной к седлу, изредка ворочался недовольный кот-зомби, но я не решалась открыть горловину, чтобы он не сбежал. 

На полпути я попросила сида притормозить.

– В чем дело? – спросил мужчина.

– Я не спросила Суэрте о своих вещах. А еще хотела заехать в общежитие и на Цветочную улицу, где снимала комнату, – ответила я.

– Хорошо, – ответил он, меняя направление.

Сначала мы побывали в общежитии академии. Из разговора с Ингибьорг выяснилось, что девочка наотрез отказалась ехать с труппой Великолепного Тито и все еще находится в Храме Двуликой. Северянка была искренне рада, что я объявилась живой и здоровой.

– Знаешь, тут всех спрашивали о тебе, даже допрашивали. Но мы правда ничего не знали, а когда господин Фьон вмешался, от нас отстали. 

Ах, да. Ее отец ведь старый друг ректора. Как удачно!

– Данна, а мы можем…

– Завтра съездим, – без слов догадался сид о том, что я хотела попросить. 

– Но…

– Ничего со служанкой не случится до завтра, – оборвал меня он. – Ты совсем замерзла, эта одежда никуда не годится.

– Данна, у меня была одежда на съемной квартире, – машинально запротестовала я.

– А до тех пор будешь мерзнуть? Это совсем не дорого.

– Если простыну – вылечу себя сама.

– Хватит спорить, – сказал он и поехал на рынок.

Мы свернули на одежные торговые ряды, где сид купил мне теплую накидку и шаль. Он накинул на меня одежду, собственноручно закрепил все застежки и отчего-то долго-долго укутывал в шаль. Я вдруг безумно захотела оказаться не здесь, а в гостиничном номере. Чтобы продавец на не смотрел на нас так с таким беззастенчивым любопытством. Чтобы Рейвен… А, кстати, что? Я вздохнула, и мужчина наконец отпустил меня.

– Едем?

На Цветочной улице все было по-прежнему, как будто я не уезжала. Я постучала, и мне открыл домовладелец.

– Госпожа Твигги! Вы ли это? – разохался он при виде меня. – Где вы были? Вас тут… все искали. 

«Ой, не спрашивайте».

– Я некоторое время отсутствовала и не могла вернуться. Наверное, вы уже сдали комнату другим людям? А что с моими вещами? – спросила я.

– Представьте себе, не сдал.