Вершительница. Целитель и сид

В углу коробки был проставлен почти незаметный оттиск мастера Хо! Я благоговейно провела по нему пальцем… Такой набор стоил целое состояние, и знающие люди платили, не раздумывая. Мечта! Я никогда не экономила на принадлежностях для письма, но такие не могла себе позволить. 

Где же сид умудрился раздобыть эти кисти? И как узнал, что я питаю слабость? Должно быть, тогда, когда он рылся у меня в столе. П-ф…

Записка гласила: «Такого у тебя точно нет».

***

День четвертый. 

Плитка великолепного прессованного чая десятилетней выдержки с горных плантаций Хины.

Я прочитала и с трудом подавила желание протереть глаза. Неужели он это пишет? Его случайно не подменили по пути в Ламару? 

Это было совсем не похоже на знакомого мне Рейвена. Такое впечатление, что ему кто-то подсказывает, что дарить и какие слова лучше подбирать для послания. И я даже догадывалась, кто это был.

***

День пятый. 

Подарочная жестяная коробка с лучшим кофе из Халифата, сама по себе очень красивая, расписанная сценами из жизни восточных жителей.

«В следующий раз свари этот кофе». Понимай, как знаешь. То ли мой кофе с рынка не пришелся ему по вкусу, то ли он решил произвести на меня впечатление каким-то особым сортом.

– Дине, смотри! Ты знаешь, что это за кофе? – спросила я.

Девушка посмотрела, прочла название и всплеснула руками, выронив накидку, починкой которой она занималась.

– Госпожа, это самый лучший «верблюжий» кофе! Такого не продают иноземцам.

– А что, бывают подделки? – удивилась я.

Лично я считала, что сид не опустится до того, чтобы дарить жалкое подобие. Его устраивало только самое лучшее. (Тем более странным было такое повышенное внимание ко мне, разве что, он разглядел во мне что-то, чего я сама не замечала).

– Что вы! Госпожа, за такое сразу рубят голову, – сказал служанка. – Кофе в Халифате под контролем повелителя.

– Конечно.

Она поддела крышку жестянки канцелярским ножом, и по комнате поплыл божественный аромат. Не такой терпкий, как обычно, более сладкий и глубокий. Казалось, я взбодрилась от одного только запаха. Внутри были бледно-коричневые зернышки. Не только сорт, но и  обжарка была другой.

– Настоящий! Настоящий!!! – раскраснелась Дине и захлопала в ладоши, а глаза ее заблестели. – Давайте, я сейчас сварю его? 

– Ладно, иди.