Вершительница. Целитель и сид

Если выбирать из всех вариантов будущего только те, где оружие противника промахивается, а техника глохнет, то вероятностные маги не могли не победить. Ну а если одновременно притянуть удачу к своим войскам, победа будет несомненной.

Неужели все это начинается с такой вот стекляшки?

– А стекло не лопнет?

– Не должно, – заверил Хельги. – Эти емкости специально заказывают у стеклодувов. Похожие по свойствам поставляют виноделам для игристых вин.

– Но там давление распределяется изнутри вовне. А тут… Да еще и разница между двумя частями сосуда.

– А у меня есть запасной, – торжественно заявил Хельги

И вдруг добавил, декламируя нараспев: 

Девы ученой

клинок познанья,

познанья горечь,

сладость забвенья,

на древе копья,

платы не зная,

знанием заплатит,

деву не узнает

кровную под кровом…

Волна Силы коснулась меня и всех окружающих. У северянина закатились глаза, и фиал лопнул, разлетевшись в его руках.

– Хельги! Что с тобой? – закричала Ингибьорг.

– Да что же это такое? Что с ним такое?! – верещала Флори. 

– Заткнись. Принеси бинты и все для перевязки, – цыкнула на нее я, осторожно извлекая из ладоней Хельги особо крупные осколки. – Пинцет не забудь! И тазик с кипяченой водой.

Я усадила Хельги на мостовую, куда Кольр постелил свою накидку. Кровь все еще текла, но не очень быстро. Я перетянула платком запястье наиболее поврежденной руки.

– Что это было? – спросил Кольр у Хельги. – С тобой такое раньше уже случались такие припадки?

– Припадки? – удивился Хельги, лицо которого выражало недоумение. – Что случилось?

– Ты не помнишь? – спросила я. Я проверила его зрачки, но все было в порядке. – Ты читал стихи, а потом фиал разбился.

– Стихи? – смутился он. – Так было и в тот раз, когда я сложил нид.

Я, как могла, припомнила слова. Я поняла дословный смысл, но глубинный мне был недоступен. Хельги задумался. Флори наконец притащила все необходимое, и мы с Ингибьорг занялись руками раненого.

В конце концов я извлекла все осколки, остановила кровь и стала заживлять порезы. 

Ночь меня вымотала, и сил осталось мало. Я попросила Анисет о милости, и сила Жизни полилась живительным потоком.