Вершительница. Целитель и сид

Еще один порыв ветра поднял и закружил мою шевелюру. Голову на секунду окутал легкий туман, который тут же рассеялся. Когда волосы практически высохли, потоки воздуха даже умудрились причесать их и собрать в подобие свободной косы. 

Юноша рисовался, принимая меня за свою ровесницу. Или просто решил продемонстрировать свое умение в управлении воздухом. Я кинула магу еще пару медяков сверх положенной платы и вышла на улицу.

Когда я вернулась к общежитию, то увидела, как Кольр разгребает угли, собираясь их потушить.

Рыжий северянин в традиционной рубахе и кожаных брюках был мне незнаком. Он, обжигаясь, достал один каштан и протянул Ингибьорг. Северянка тоже была по причине свободного времени одета в традиционное прямое платье с вышивкой. Она зарделась и взяла угощение.

– Добрый день всем! – сказала я.

Меня поприветствовали и познакомили с северянином. Он оказался студентом, который учился по гранту Гильдии. Будущий вероятностный маг. Хельги, сын Хеди Хитрого! Даже я была наслышана о нем благодаря мужу.

– Ты изменяешь вероятности? – спросила я.

– Немного. Я будущий Счетчик. Отец решил, что будет нелишним иметь такого на драккаре за спиной, – сказал в ответ Хельги.

Его отца могли посчитать трусливым. Хеди Хитрый  – таково было его прозвище, но трусом никто бы не решил его назвать, не испробовав, насколько остер его клинок.

Божеством этого студента был Сиахэ – Ветер, которому поклонялись будущие счетчики и погодники, а также достаточно редкие маги Хаоса. Выпускниги Сиахэ, как правило, учились по грантам Гильдии. Им не нужно было ждать и копить деньги на обучение. 

На факультете Сиазэ, вследствие этого, обучалось достаточно много молодежи, – все будущие маги погодники, счетчики, манипулирующие вероятностями, и боевые маги Хаоса. Но Хельги оказался довольно старым для обучения, уже за тридцать.

– Как это случилось? – спросила я на северном наречии, полагая, что ему будет приятнее общаться на родном языке. – Ты ведь уже не молод. Обычно дар открывается в пору взросления.

Он немного натянуто улыбнулся.

– Жил как все. Потом сочинил нид. Люди заметили, что он сбылся. До этого и висы сбывались, но это добрая волшба, и ничего удивительного в том нет, – ответил он. – На тинге люди решали, что со мной делать. Подозревали злое колдовство, но порчи не нашли.