Три искры

Сейчас развалится…                                                       

Новая ниточка подоспела как раз вовремя. И ещё одна. В общей сумме шар продержался секунд пять, а потом все же шлепнулся на ковер, оставив на нем мокрый след. Тогда Катя и произнесла:

— Пока что это — лучшее, что я умею.

Злафада провела ладонью по волосам и заметила:

— Я ничего не смыслю в магии, Катарин.

Но Деанит, когда он только начинал заниматься магией, тоже любил делать такие шарики, — она растянула тонкие бледные губы в нечто наподобие улыбки.

— Вы давно знакомы?

Злафада покивала и заметила:

— Очень, очень давно. Я его знаю даже немного больше, чем он меня. И такое существует. Как он тебе? Прекрасный мужчина, не правда ли?

А вот об этом Катя точно говорить не хотела. Поэтому сухо ответила:

— Возможно.

— А поцелуй? — коварно уточнила Злафада.

— Это вы наблюдали за нами из коридора, так? — Катя мотнула головой.

— Тогда знайте: не было у нас никакого поцелуя. Мы разговаривали. С каких пор слова стали наказуемыми?

— Ты абсолютно права, — Злафада кивнула. — Слова действительно не наказуемы… Пока ими не начинают обсуждать что-то противозаконное. Например, покушение на принцессу…

Сердце Кати бешено застучало, как будто она и вправду занималась подобными обсуждениями. Она не совсем понимала, что хочет от нее Злафада. Или… Катю же сначала казнить собирались, но тут выяснилось, что она обладает магией, и только поэтому казнь перенесли.

А если Злафада, да и сама принцесса, считают, что Катя до сих пор опасна?

А она, конечно, может быть опасной в их воображении. Ведь теперь Катарин, к тому же, занимается магией. И пусть у нее пока получаются только шарики, потенциально она может сотворить что-нибудь покруче.

Зачем тогда Деанит вообще обучает ее?

И если учителя потом накажут? Может, Злафада говорила именно об этом?

— Я не собираюсь ни на кого покушаться, — ответила Катя все-таки.

— И не слишком понимаю, о чем вы говорите. О том предсказании, что упоминала принцесса в нашу первую встречу?

Злафада внимательно посмотрела на Катю и покачала головой.

— Я не знаю, о каком предсказании ты говоришь, Катарин. И вовсе не пыталась тебя задеть… Видишь ли, горничные частенько снуют по коридорам в поисках чего-нибудь интересного. Я, правда, так не поступаю. Но ведь я тут не одна. Будь осторожной.