Хозяйка замка Уайтбор

Как я ни гордилась своей проницательностью, Робин Уэсли догадался о тайных намерениях девушек раньше меня:

— Вероятно, вам не помешали бы какие-нибудь мелочи для полного бального блеска? Какой-нибудь финальный штрих, как бы последний мазок кисти. Ленты, кружево, новые перчатки? — вкрадчиво спросил он. — Почему бы вам не съездить в Триверс и не купить там всё необходимое? Уверен, что Анна будет рада составить вам компанию. Как раз послезавтра коляска мне не понадобится, так что мои лошади будут в полном вашем распоряжении.

По смущенному лепету «о, как можно, сэр!» и «вы так добры, сэр!» я поняла, что это было именно то, чего они хотели. Лорд Уэсли заулыбался как кот. С ним произошла внезапная алхимическая перемена, словно по волшебству превратившая его из угрюмого затворника в гостеприимнейшего хозяина.

— Что вы, не стоит благодарности, — отмахнулся он. — Попробуйте эти трюфельные конфеты, мисс Кэролайн. Вам нравится миндаль? Я удивлен, что ваша матушка сама не обратилась ко мне с этой просьбой.

«О, чтоб тебе пропасть!» — в бешенстве подумала я. Уэсли только что нашел идеальный способ удалить меня из Уайтбора как раз накануне Имболка.

— ...И не торопитесь возвращаться обратно, — уговаривал он сестер. — Я категорически не советую вам ехать по пустошам в сумерках, даже в сопровождении грума!

— Да на пустошах и днем жутковато, — поспешила я сказать, с тайной надеждой, что сестры вовсе откажутся от поездки. Мы с миссис Трелони вчера были в Крэгги-коув и слышали такое.

Лорд Уэсли не дал мне развить эту мысль:

— Днём вместе с грумом вы будете в безопасности, ну а в Триверсе вы найдёте, где остановиться на ночь, не так ли?

Джейн смутилась, переводя встревоженный взгляд с меня на дядю. Она чувствовала, что между нами что-то неладно:

— О, наверное, мы могли бы...

— Мы переночуем у миссис Хейтроп, — решительно перебила Кэролайн.

Миссис Хейтроп была дальней родственницей Полгринов: достаточно дальней, чтобы они не осмеливались досаждать ей визитами, но все же родственницей, которая, разумеется, не оставила бы девушек ночевать на улице.

Лорд Уэсли одобрил этот план с истинно отеческой заботливостью. У меня внутри всё кипело. Что за поразительная сердечность! Особенно для человека, предпочитающего всем гостям в мире общество своих любимых книг! Какое лицемерие!

Набрав воздуху в грудь, я решила расставить всё по местам:

— Прошу меня извинить, но я не поеду.