Между мирами. Предыстория

Он просто не знал, как любить родственника, несмотря на то, что Айрес – его плоть и кровь, кусочек нашей общей души. Мы стали ссориться, отдаляться. Я не могла понять его отношения, а он не мог понять, почему это так дико для меня. Я была эгоисткой, совсем забыв о том, что он пережил в детстве, а он вёл себя как бесчувственный тиран, который печётся лишь о Королевстве, забывая, что его семья – тоже часть оного. Однако теперь, когда мы сотню лет жили порознь, у нас было время всё обдумать, и сейчас мы стараемся понять и принять друг друга.

– Теперь, наверное, поднимется восстание... – тихонько сказал он, глядя в потолок.

– Я думала, ты всё уладил прежде, чем решил забрать меня.

– Ага, как же, – ответил Рен, устало обняв подушку. – Такое не уладишь. Ты предала свой народ, а я встал на твою защиту, вернув тебя сюда, следовательно, мы оба очень плохие, поэтому нам теперь погрозят пальчиком и скажут: «Ай-ай-ай».

– Может, мне просто не возвращаться на трон? Отдай его Айресу и забудь про всё.

– Не могу. Если Айрес взойдёт на трон – Королевство погибнет.

– Разве научить его – не было твоей первостепенной задачей?

– Теоретически было. Но я так и не смог проникнуться к нему симпатией...

– Не напоминай. Любишь ты его или нет – он наследник. Он может не знать отцовской любви, однако должен знать, что его ожидает после нашей отставки.

Рен тяжело вздохнул и отвернулся. Не думаю, что он настолько равнодушен к сыну. Скорее всего, он просто боится признаться, что любит его, не зная, что из этого выйдет.

– Как бы там ни было, трон ему отдавать нельзя, а значит придётся готовиться к очередному восстанию, – переводя тему, сказал Рен.

– Или гражданской войне.

– Что? Да брось, не перерастёт это ни во что серьёзное.

– А если перерастёт? Тебе ли не знать, сколько врагов у Волвес.

– Я пристально слежу за пополнением этого списка.

– Разъярённая толпа, войско клана Фенлил плюс несколько мелких кланов, купленных Фенлилами – и всё, мы повержены. Наша армия не так сильна, как ты думаешь, но, благо, наши враги придерживаются той же точки зрения, лишь поэтому мы живы. Мы прошли многое вместе, Рен, но никогда нельзя забывать о том, что мы не бессмертны.