Перед рассветом

Уж слишком много слухов и насмешек в его сторону, а подобное действие только больше покажет его слабость. Нет, убивать брата и сестру Хоук он так не будет, а вот послать их на заведомо провальное задание запросто. Только Карвер был уверен в обратном и ждал удара в спину. А Мариан уже устала разубеждать его, поэтому просто молча сидела напротив брата и точила кинжал. Чародейка устало вздохнула и посмотрела на предмет своих трудов.

— Кинжал жалко. Отцовский, — выдала Хоук, брезгливо откидывая ножик. — Надо бы его вернуть…

— Совсем спятила? — отозвался Карвер, прервав поток бурчаний, что говорил под нос.

— Решила добровольно вернуться в логово зверя?

— И как ты в армию короля попал?.. Ах, да, ты же убежал оттуда.

— Эй, я семью спасал!

— Да не кричи ты, — цыкнула Мариан, оборачиваясь на пьяных посетителей «Висельника». — И так, наверное, лишние уши к разговору уже собрали.

— Да кому мы тут нужны? — отмахнулся изрядно подвыпивший Карвер и отпил из кружки. — Просто ты только что назвала меня трусом!

Хоук тяжело вздохнула и положила свою руку на запястье брата, пресекая ещё одну его попытку выпить.

— Карвер, я не считаю тебя трусом, но ты слишком бурно на всё реагируешь. Ты уже должен понимать, что в таких делах излишняя эмоциональность только вредит.

— Просто ты права, — угрюмо заключил младший Хоук, опуская взгляд. — Ты бы осталась там сражаться до последнего. Наверное, поэтому отец всегда гордился тобой больше.

— Отец гордился бы всеми нами, — подбадривая брата, улыбнулась Мариан.

— Не переживай, мы выберемся от Миирана, вернём своё поместье и разбогатеем.

— Ты всегда такая оптимистка, — икнул Карвер.

— Пора заканчивать посиделки, — сказала Мариан, извлекая брата из-за стола. — А то мне ещё тебя через два квартала тащить.

Они думали, что шумная толпа заглушит их разговор и сделает незаметными, но один любопытный гном всё равно решил подслушать беседу молодых людей.

***

Элисса стояла возле окна в кабинете своего супруга и невидящим взглядом смотрела в него.

Она была одета в роскошное синее платье с золотой каймой. Кусланд не любила такие наряды, предпочитая им лёгкую броню. Неожиданно для самой себя, королева сбежала с приёма. Ей было одновременно радостно и грустно. Только своей грустью она ни с кем не могла поделиться.

— Радость моя, — тихо окликнул Алистер, заходя в полумрачный кабинет. Когда он нашёл свою жену, прижался к её спине. — Ты чего здесь спряталась?

— Я… — запнулась Элисса и обернулась к Тейрину.