Шепот

Элиана ничего не ответила, внимательно следя за действиями того иллитида, который, сторговавшись с главным дуэргаром, вновь направился в сторону воительницы. Когда иллитид приблизился к девушке, она почувствовала, как в ее разум снова влезают. Но на этот раз не для того, чтобы прочитать ее мысли, а для того, чтобы заговорить с девушкой.

— «Иди за мной», — голос иллитида отдавался в голове Элианы громогласным эхом. Ей даже захотелось зажать уши руками, но в этом не было бы смысла.

Дабы не спровоцировать себя, воительница подчинилась и последовала за иллитидом.

Жрец подвел девушку к огромному разрисованному узорами кругу, в центре которого находился светящийся столб света — портал. Элиана остановилась, пытаясь понять, куда ее повел иллитид. Жрец почувствовал сомнения девушки и повернулся к ней, вновь проникая в разум.

— «Высший разум говорит, что тебе позволено войти в Великий Зал», — девушка от неожиданности потеряла дар речи. — «Да, он знает, зачем ты здесь, поэтому послал меня за тобой, пока ты, аасимар, не стала чьим-нибудь рабом. Твоя воля сильна и, возможно, тебе удалось ввести в заблуждение остальных иллитидов, но Высший разум не обмануть».

— Что такое аасимар? — воительница не поняла, почему ее так назвали. Она впервые слышала это определение.

— «Ты даже не знаешь, кто твоя раса, наземница»?

— Я — человек.

— «Это не так. Ступай в портал, там тебя ожидает Высший разум. Он тебе все поведает».

Элиана еще раз непонятливо взглянула на жреца и со вздохом побежденной направилась в портал. Этот портал был иным, чем тот, через который ее отправили в Андердарк. Свет вокруг нее вихрем взмылся вверх и у девушки голова пошла кругом. Она потеряла сознание…

***

— Как это - она ушла! — Вален был вне себя от ярости.

Он с таким гневом смотрел на Дикина, что бедному кобольду стало казаться - что тот его на куски порубит.

— Элиана отправилась искать тебя, — трясясь от страха, ответил спутник. — Она хотела попросить прощение.

— За что?

— Не знаю. Она сказала, что сильно тебя обидела и должна извиниться.

Тифлинг тяжело вздохнул, но это не помогло ему успокоиться. Он принялся расхаживать по лагерю, вспоминая, куда девушка по своей глупости могла забрести.