Шепот

— Зачем ты за мной следишь? — Ганн не отрывал взгляда от Марлы, словно пытался прочитать ее мысли. Он был до сих пор зол на нее, но даже это не мешало ему просто любоваться девушкой.

Марла не знала с чего начать разговор. Ганн был пьян, и если девушка скажет что-то не то, ссоры не избежать. Она так и простила шамана за его выходку, но теперь ей было все равно. Благодаря этой ссоре, аасимар поняла, что чувствует к мужчине. Девушке было больно видеть, что Ганн все это время избегает ее. Она настолько привыкла к тому, что он был всегда рядом с ней.

Был готов пожертвовать собой ради Марлы. Теперь, когда он отдалился от нее, Марла чувствовала такую пустоту внутри. Словно уже окончательно лишилась самой себя.

— Прости… — само вырвалось у девушки. Ганн только удивленно вскинул брови. — За то, что накричала тогда.

— У тебя такие красивые глаза… — ответил шаман, нежно улыбнувшись Марле.

— Понимаю, ты не хочешь говорить об этом, — словно не замечая комплимента, продолжила аасимар.

— Но нам нужно поговорить.

— Зачем? — устало выдохнул Ганн, откидываясь на спинку стула. — О моих чувствах ты знаешь все. Так же как и я о твоих. Я не жалею о том, что залез в твои сны. Более того, я сделаю это снова, если потребуется. И извиняться не буду. Ты переживаешь. Молча страдаешь. Я должен был выяснить, из-за чего ты кричишь во сне, пробуждая всех в нашем лагере. О чем тут говорить? Марла, я понимаю, почему ты на меня накричала. Я не расстроился.

— Тогда почему ты меня избегаешь? И сидишь… напиваешься?

— Потому, что ты не представляешь, каково это, — горько усмехнулся Ганн.

— Знать, что женщина, которую ты любишь, влюблена в другого, — мужчина ударил кулаком по столу. — Я даже подраться с ним не могу за твое сердце! Он мертв. Но ты этого не хочешь принимать. Как мне с этим бороться?

Девушка взглянула в грустные глаза Ганна и выдохнула. Даже с угасающими эмоциями, ей сейчас хотелось заплакать. Она поднялась со стула и подошла к шаману.

— Ганн… — девушка потянула его за собой и, взяв за руки, прошептала. — Я знаю, что он погиб. Уже давно поняла это. И как больно мне не было, я смирилась.

— Тогда, я не понимаю.

— Мне страшно, Ганн, — аасимар жалостно глядела на него, и, шаман увидел отблески пламени в камине, отраженные в ее золотых глазах. Она крепко сжимала его ладони в своих. — Все это время я специально тебя отталкивала. Ради тебя самого.