Шепот

— Ганн…

— Мэл, я не понимаю, что происходит, — растерялся мужчина, не отнимая рук от лица девушки. Он отчаянно пытался найти в ее зелено-золотых глазах ответ, но видел в них лишь печаль. — Эта неделя прошла просто замечательно. Что я сделал не так? Я не торопил тебя, ждал. Дал тебе столько времени, сколько потребуется.

— Касавир жив, — выдала Марла, высвободилась из хватки оторопевшего шамана и подошла к окну, невидяще глядя в него. — Мы столкнулись вчера случайно. Он узнал, что я не одна, и скрывался, чтобы не навредить нашим с тобой отношениям.

— Забавно, — зло усмехнулся мужчина. Он обернулся к девушке, и та увидела, как его глаза блеснули гневом. — И вот какую свинью, в виде живого паладина, мне подкинула судьба!

— Он не виноват.

— А кто? Кого мне винить в том, что у меня все пошло наперекосяк? Я, наконец, встретил женщину, которую полюбил. Которая приняла меня таким, какой я есть.

— Вини меня, — понуро сказала чародейка, не оборачиваясь.

— Только я виновата во всем.

— Не могу, — хмыкнул Ганн. — Не могу обвинять тебя. И представить не могу, как буду жить без тебя.

— Прости, если сможешь. Если бы не я… — девушка, наконец, взяла на себя смелость обернуться к шаману, и тут же пожалела об этом. На мужчине не было лица. Он казался совсем раздавленным. — Я обманула тебя. Дала ложную надежду.

— Скажи, если бы он не объявился, ты вышла за меня?

— Да, но это было бы неправильно.

Ганн, я благодарна тебе за поддержку в Рашемене. Я не хотела жить и бороться, а ты не позволял мне сдаться.

— Ну да, — горько усмехнулся Ганн. — Только ведь берег я тебя для себя, а не для него.

— Я знаю, — прошептала Марла, прикрывая глаза. — И больше не могу подобрать слова, как мне жаль.

Воспользовавшись замешательством девушки, шаман рванул к ней и сгреб ее в объятиях, не желая отпускать:

— Мэл… — шептал он, пытаясь безуспешно поцеловать брыкающуюся чародейку.

— Вспомни, как тогда в Вуали ты призналась мне в любви. Вспомни, как счастливы мы были те три месяца, пока ты не вернула себе душу. Даже не смотря на свое проклятие, ты была счастлива со мной.

Марла все же смогла вырваться из отчаянной хватки мужчины и немного отстранилась от него, поправляя на себе одежду.

— Я помню, Ганн. Признаю, тогда я смогла ненадолго забыться о боли и страданиях.