Песнь Ветров

— Я всё еще твой царь, Элазар! — кричит ему вслед Эрн. — Если ты не подчинишься моему приказу, домой можешь не возвращаться! Слышишь? Я изгоню тебя из своего царства, если ты поедешь на север с войском! Я отниму у тебя все привилегии и твоих воинов. Никто за тобой не пойдет, брат.Эрн дышит тяжело и шумно, и Элазар, обернувшись, не мигая, смотрит на него несколько тэ. А затем криво ухмыляется.— Это мы еще посмотрим, Эрн.От жары не было спасения. Им удалось заползти под одну из отвесных скал, выкопав небольшие углубления в песке, но это не спасало от палящих лучей Зрячего.

Вода кончилась два восхода назад. И закончилась она слишком быстро, несмотря на все попытки сберечь её. Лежа на песке, глядя на чистое слепящее небо, Элазар думал, что вот и всё. Так они и умрут. Здесь, в бескрайних песках пустыни, наступит их конец.Перевернувшись на бок, он глянул на лежащую рядом Тень. Фурии удалось забыться беспокойным сном. Элазар отстраненно подумал, что её наверняка мучают кошмары. Его они тоже мучили, но он никогда о них не говорил. Ему снилось царство Тэрсе, двери, захлопывающиеся перед его носом, и смех брата, который твердит, что проклятье наконец-то настигло и его.«Быть нам обоим неприкаянными, брат».Во сне Элазар пытался бороться, но тело становилось тяжелым и непослушным. Он соскальзывал в вязкую тьму, а вслед ему смеялся Эрн, проклятый и нежеланный в царстве Тэрсе.Утром им удалось обнаружить собравшуюся росу на камнях. Они жадно облизывали камни, пытаясь утолить мучившую их жажду. Но жажда не ушла, притаилась лишь на время, чтобы вновь напомнить о себе днём: отвратительной сухостью во рту и горле. Элазар пытался думать, о чем угодно, кроме воды, но мысли всё равно возвращались к прохладным садам Эрриду, к его фонтанам, бассейнам, к родниковой сладковатой воде в медных кувшинах…В своем слепом стремлении выздороветь он обрек их всех на погибель, понял Элазар. Он завел их прямо в объятия смерти. С этой мыслью он и заснул. Неожиданно для себя провалился в тревожное сновидение, где он стоял по колено в холодном озере и пил, пил, пил, но жажда не уходила. Как и тогда, в плену фурий, она поселилась в груди ненасытным желанием. И сколько бы он ни выпил воды, жажда только становилась сильнее. В какой-то момент Элазар опустил взгляд и увидел, что вода красная, как кровь, а на вкус она стала соленой с отчетливым металлическим привкусом.— Ты обрек их на погибель, также, как обрек меня.Эрн стоял за спиной, размытым силуэтом с насмешливым голосом.