Я вернусь к тебе...

Да, я слышал об этом, — с улыбкой кивнул гном. — Ножичек мне рассказала, какая ты молодец. Ты ведь ей твердишь, что защищаешь деревню.

— Ножичек?

— Таллис. Я всем даю клички, Детёныш — развёл руками разбойник.

— Значит, ты и её знаешь, — нахмурилась девушка.

— И даже больше… Она знакома с твоими родителями. Не суди её строго, — ответил Варрик, когда увидел замешательство Маргарет. — Она всего лишь заботится о тебе. Знакомый кинжал, — кивнул он в сторону предмета, лежащего на столе. — Забавно, когда-то Хоук подарила его Таллис на прощанье…

— Да причём здесь эта Хоук?! — чародейку достали игры гнома, и она начала выходить из себя.

— Кто ты вообще такой?

— Варрик, — как бы не обращая внимания на закипающую от гнева девочку, лучезарно улыбнулся гном. — Позволь рассказать тебе одну историю… Только слушай внимательно, — Маргарет закатила глаза и со вздохом сложила руки на груди, ожидая нелепой «сказки» незнакомца. — Вот и хорошо.

В своём любимом изложении гном поведал Маргарет об отступниках, сбежавших из Киркволла.

От начала, как Хоук со своей семьёй убежали от Мора, и до конца, как Андерс попросил помощи в поисках дочери у этого самого Варрика.

— Судя по твоему взгляду, ты мне не веришь.

— Я до сих пор не понимаю, как эта история может быть связана с моими родителями.

— Ты только что слышала историю о своих родителях, — догадался Уильям. — Это так, Варрик?

— Гляди-ка, а твой друг оказался посмышлёней тебя! — хихикнул разбойник.

Маргарет недоумённо поглазела на мужчин, затем громко засмеялась:

— Ты шутишь, гном? Они же всего лет на десять меня старше! — хохотала девушка.

— Странное, конечно, у тебя чувство юмора. Но, признаюсь, рассказчик из тебя отменный. Наверняка ещё и книжки пишешь!

— Угадала, — кашлянул Варрик и бросил на столе перед девушкой свой лучший шедевр. — Вот, почитай на досуге. Там всё подробно написано. Понимаю, Детёныш, тебе во всё это трудно поверить, но для твоего прозрения я навёл справки о тебе.

— В смысле?

— Я поспрашивал Ножичка о твоём якобы прошлом.

Она рассказала, что до своих «путешествий» в одиночестве по Ферелдену ты жила в Редклифе. Я проверил: на том месте, которое ты описывала своей подружке, как милый родительский дом, ничего нет. Там пустырь и всегда им был.

— Значит, ты что-то неправильно понял, — пожала плечами упёртая девушка. — Я много раз там бывала и видела его. Он стоит на прежнем месте. Рядом находится могила моих родителей.