Хачу прынца

Я несколько раз это говорила на звучавшие требования заняться своими прямыми обязанности, а повторять ещё раз не имело смысла.

  - Безобразие, я буду жаловаться. – Простонал кто-то в зажатый нос. – Мы не какие-нибудь преступники, что бы содержаться в нечеловеческих условиях.

  - Нас вообще не должно быть здесь. – Пробормотала одно из вобл и уткнулась носом в коробочку. – Если бы не ты.

  Обвиняющий указующий палец в мою сторону.

  - Если бы не вы… -  Повторила её слова и повернула голову на звук открывающейся двери.

-  Наконец-то, мы спасены. – Обрадовались соседи по камере, увидев в дверях представительную фигуру в мундире. Представительная фигура проигнорировала обращённые с надеждой в его сторону лица, и мрачно поинтересовался у одного из охранников.

- Где он?

Охранник кивнул в сторону неподвижного тела, на котором уже совершала променад ни одна муха.

Скрипучий скрип решётки и усталое:

- Пошли.

Тело зашевелилось, скинуло одеяло и нашему взору предстало опухшее существо с всклоченными волосами и синяком на оба глаза.

- Иккк. 

Высокопоставленное лицо дал команду, и охранники, брезгливо поджав губы, подхватили своего уже бывшего клиента под руки, и повели прочь к выходу.

- Господин. – Вскочил с места официант, и прилип к решётке. Господа рангом по выше, сделали лицо кирпичом, не желая извалять в грязи своё достоинство – Одарите своей милостью, господин.

- Кто такие? – Поинтересовался господин без интереса рассматривая нашу разношёрстую компанию. 

- Дебоширы. – Пояснил сопровождающие его охранник и исподтишка пригрозил кулаком.

Господин, не проронив ни слова, покинул смрадное подвальное помещение.

Томились мы в сомнительной компании друг друга ещё около часа, а затем стали выводить по одному. Стали с самих влиятельных и родовитых. К тому времени когда очередь дошла до моей персоны, перед следователем лежала приличная кучка компромата против меня.

- Кушать хочешь?

Желудок, пропустивших питательный обед по расписанию, заурчал в предвкушении, а капитан Досталь, достал из нижнего ящика стола, заботливо собранной госпожой Досталь, котомку. Всё было прекрасно в госпоже Досталь: лицо, фигура, характер, однако нет в жизни совершенства, и небольшой «особенностью» любимой женщины капитана было неумение готовить.