Дары Пустоты

Это была Мириан, дочь городничего. Она вздрогнула и отпустила ручку, которая тут же начала раскручиваться, и ведро с грохотом полетело вниз. Микела подскочил и схватился за рукоять, оказавшись вплотную к девушке.

— Ой, — тихо пискнула она и залилась алой краской.

— Здорово, Мириан, — громко сказал Ааво. — Вся в делах.

— Отец на лесопилке, так что помочь некому, — пролепетала она, глазея на черноволосую макушку Микелы. — Спасибо вам огромное.

— Надзиратели с радостью готовы помочь, — лениво сказал он, потянулся и широко зевнул.

Непонятно как Ааво собирался тащить четыре ведра воды до казармы в одиночку, но заметив озадаченный взгляд Микелы, еле слышно добавил:

— Да я придумаю что-нибудь. Если Джасура узнает, что мы не помогли дочке городничего…

Он замолк с мрачной тенью на лице. Микела нахмурился сильнее, осознав истинные причины такой заботы, но правда в его словах была.

Как только ведра были наполнены Микела отправился вместе с девушкой.

— Ты придешь сегодня в “весельчак”?

— Куда? — озадаченно глянул на нее Микела.

— Ой, ты не знаешь. У нас есть таверна, называется “Промерзший весельчак”. Там весело и можно потанцевать.

Теперь он выглядел крайне встревоженным из-за предложения о танце.

— Я не очень умею танцевать, — замотал он головой, но потом вспомнил слова Ааво о том, что предстоит угощать новых товарищей. — Я загляну туда если получится.

— Мне бы очень хотелось, чтобы получилось, — пробурчала девушка и отвернулась, пряча румяные щёки.

Ее намеки заставили его лоб сморщиться в недоумении. Зачем она говорит это? Около ратуши он поставил ведра и с опаской глянул на нее.

— Что-нибудь еще, госпожа?

Ее взгляд наполнился обидой, но она не решилась высказать, что было на уме.

В этот самый момент из ратуши начали выходить люди. Селий был среди них одетый в форму городского стражника. Он первым заметил Микелу рядом с Мириан и в три длинных шага оказался около них.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он с вызовом.

Микела немного опешил, как и девушка, которой показались слова Селия слишком грубы для приветствия.

— Прохлаждаешься? — послышался грозный рокот Джасуры и его широкий профиль показался в дверях ратуши.