Я - Божество

- ЭЛЬ?

- Да, зови меня ЭЛЬ, нежно смакуя языком и зубами смягчённую букву «Л», как в слове «любовь», как в слове «лютая», как в слове «люди», как в слове «люгер», как в слове «эль», как в имени «Лель», как в слове «сель», - поёт ЭЛЬ, с грацией и плавностью рептилии, склоняя голову то в одну сторону, то в другую, ни на миг не выпуская моего взгляда, приоткрыв губы, за которыми её язык проделывал все эти лингвистические упражнения.

- Маша похожа на меня, её медлительность, тяжесть её волос, листва взгляда, - жмурится ЭЛЬ.

Я молчу, сопротивляясь её сладкому напеву, поющему в унисон с моим собственным не менее сладким отзвуком существу ЭЛЬ.

- Поэтому ты не смог убить её, - объясняет она.

- Поэтому? – не хочу верить я.

- Потому, что любишь меня. Это самая горькая правда моего бытия и твоего небытия: мы в разных мирах, ни один не может отдаться другому, не потеряв своего мира, - скорбно шепчет ЭЛЬ, смежив веки и уткнув голову мне в грудь.

Слова не нужны.

Я хочу, чтобы это было ложью.

Она обманывает, чтобы подчинить себе.

Но, увы.

Нет никакой злобной воли в ней.

Нет ничего, кроме любви.

- Я никогда не могла убить тебя, - глухо бормочет ЭЛЬ, обвиваясь вокруг меня с медлительностью тени в полдень, с равнодушием питона, с тяжестью ртути, - неужели ты снова покинешь меня? 

Она поворачивает голову, упираясь затылком в мои колени, и с мольбой ввинчивается зрачками в моё лицо, изумруды её взгляда болотной топью засасывают мой взгляд.

- Как я тебя покину?

- Ты всегда уходишь: ты вечно покидаешь моё бытие ради небытия.

.. как редкая и желанная капля воды растворяешься в песке моей пустыни... как песня затихаешь в просторах моих степей... таешь, как тает первый поцелуй в последнем... твой день затухает в моей ночи, твои звёзды меркнут в моём свете... ты вечно уходишь.

- Ради чего?

- Ради своей победы. Сколько ты мне дашь времени на этот раз? Минуту? Час? День? Страшно подумать, неделю? Неужели месяц? Год? О столетии я даже и не мечтаю. Тысячелетий можешь не предлагать – не поверю.

Миллион лет – ты выше этого, - слова ЭЛЬ набегают одно за другим прибоем океана, в такт с ударами её сердца.

- А как насчёт вечности? – предлагаю я.

Она вздрагивает, садится, отталкивает меня прочь.

- Не шути так, пожалуйста, - просит она, - убей меня, я больше так не могу. У тебя всегда есть надежда на несбыточное в грядущем, а у меня есть только страх перед неизбежным в будущем. Я не буду сопротивляться. Наши факторы божественности совпадают.