Сердце Девы

Ну, комарихи, если подходить строго и разрабы Территорий как-то обозначили их пол. Я взглянула наверх и краем глаза приметила еще одного комара, сыто отдыхающего на прогнувшейся ветке — вид у него был умиротворенный, а брюхо багровело моей кровью. Чтоб ты подавился, скотина! Или отравился…

Уязвимостью сверху обеспокоилась не я одна. Финист медленно поднял к небу ладони, и над отрядом распустился бледно-золотой зонт, сжегший первых прикоснувшихся вампиров в золу.

«Ух ты! И я такое хочу! Интересно, а это классовое или…» И встретила вампира острием направленного вперед клинка.

У воина с двуручником всегда проблемы. Он предназначен проламывать строй, а мне приходилось его держать. И чтобы не задеть своих, годились только колющие удары. Выпад, укол, шаг назад… Монотонное упорство швейной машинки.

За счет длины клинка мне удавалось бить вампиров на дистанции. Из-за кровопотери цвайхандер казался все тяжелее. Пот тек по лицу, мешаясь с дождем. Золотой зонт защиты над головами лопнул мыльным пузырем, не выдержав напора.

А Финист был слишком занят, чтобы поставить еще один. Совсем пришедшая в себя Бука, прыгая мячиком, подзакусила еще парой комаров — я обошлась на этот раз без рвотных позывов, видимо, слишком устала. А потом враги закончились. Вместе с дождем. И мы наконец выбрались на дорогу.

— Сурово, — сказал Манул, суя мне мокрую тряпицу, смердящую специями. — К укусу приложи.

— Ух ты, он чешется, зараза…

— Только сейчас заметила? — лесовей усмехнулся и пошел обходить других раненых.

Хотя, кажется, здоровых в отряде и не было.

Зато по дороге мы смогли ехать верхом, намного быстрее, так что к полуночи добрались до вожделенной корчмы.

— А что ты имел ввиду, говоря «нейтральская»? — спросила я ветровея, пытаясь у крылечка счистить веником с сапог грязь, — внутри нельзя враждебную фракцию атаковать? Меч отбирают при входе?

— Нет, — Финист взял у меня веник и так же безнадежно занялся своими сапогами. — Фактически это четыре разных корчмы, в которые ведет один портал.

Так что можешь ложиться спать спокойно: внутри будут только свои.

Как же, заснешь тут! Несмотря на зелья Манула, укус чесался так, что заснуть и пытаться не стоило. И не одна я страдала. Отряд сгрудился у стойки, одолевая заказами бота-трактирщика, а, получив еду и выпивку, отползал на длинные скамьи, выставленные у очага, в котором горело пламя.

— Воды! — сказали мы с Финистом и переглянулись.

— Господа желают пить или умыться? — уточнил тот.