Принц для невесты

Сердце ёкнуло: сплошь сосны, лиственницы и ели – совсем как возле родного города. Минут через пятнадцать машина зависла над широкой прогалиной и приземлилась на живописном берегу реки.

В этих краях царило самое начало осени, бабье лето. Катерина спрыгнула на траву и с восторгом полной грудью вздохнула настоящий живой воздух природы – а не рафинированный суррогат вечного лета дворцовых парков.

– Здорово, просто обалдеть.

Никита, спрыгнувший следом, согласился.

– Мне тоже показалось, что тебе понравится. Потому-то я всех сюда и пригласил.

Вспомнил, как в школе в походы ходил.

– А мы так чуть ли не каждую неделю выбирались. Наш Лист не зря Лесными равнинами зовут. А Коменки, это мой родной город так называется, вообще точь-в-точь посреди такого леса стоит.

– Потом вспоминать будете, – вмешался Эйнар. – А сейчас, быстро – костёр и палатки. Иначе спать будем в салоне, а ужинать – кипячёной водой из бортового бойлера.

Эйнар достал из машины два топора и двуручную пилу, подмигнул:

– Всё по-честному и по-простому, никаких лазерных резаков и магического усиления кромки.

Палатки – тоже, – на землю полетел свёрток, – никакой автоматики. Умеешь пользоваться?

Катерина фыркнула.

– Обижаете, Ваше Высочество. Я с такими все школьные годы проходила.

– Ты – палатку, я – костёр и ужин, а парни дровами на ночь займутся, – подвела итог Инге.

Палатка оказалась самой обычной, каркасной – сборные пластиковые прутья, на которые натягивались внутренний и внешний тенты. Единственный кусочек высоких технологий, который позволил себе вложить Никита – небольшой теплогенератор, на случай, если ночь окажется холодной.

Катерина управилась быстро и поспешила на помощь Инге. Подруга уже набрала хвороста и разожгла огонь. Вскоре, в тон к весёлому звону пилы и стуку топоров, на огне весело булькали два котелка с чаем и супом.

Когда стемнело, все четверо поужинали. Расселись парами возле костра на положенных на манер лавочек брёвнах и пили глинтвейн, сваренный Эйнаром. Было здорово прижаться к тёплому боку Никиты, раствориться в лесной тишине, ночной прохладе реки и песнях прощавшихся с летом далёких птиц.

Девушка почувствовала себя крохотной точкой под огромным куполом неба, полным звёзд – в столичном мире Терры-секунды их было намного больше, чем на родном Листе. Замереть между «здесь» и «сейчас»…

Нехотя Катерина заставила себя вынырнуть из окружающего великолепия и спросить:

– Здорово. Просто здорово. А теперь признавайтесь, зачем всё это затеяли.